Он поднялся, покрутил головой, стряхивая воду. Ему вдруг остро захотелось оказаться среди нормальных людей. Например, рядом с родителями. Санечек за нормального не считался.

Петька двинулся по тропе вверх – все-таки сюда он пошел неправильно, через траву, а тут была хорошая дорожка. За спиной раздались мокрые хлопки.

Тарасий стянул с себя футболку и теперь хлестал ею поверхность затона. Без футболки он оказался тощим, хотя в одежде виделся покрепче. Руки у него были длинными и жилистыми. Плечи и спина – в синяках.

– А знаешь, как надо от летучего змея убегать? – спросил он, заметив, что Петька смотрит. – Ему надо одежду свою метать. Он на твою рубаху или порты отвлечется, ты и успеешь спрятаться. Или еще чего потом подкинуть. Так все делают.

Сказал и бросил футболку в воду. Петька зажмурился. Ему показалось, что гладь реки стала особенно черной. Солнце скрылось за деревьями. Вечер вступал в свои права.

Дядя Миша позвал ужинать. Жареная картошка с салом и банка шпрот – все это показалось райской едой. Машина у Санечка не завелась, и он решил вместе с Леночкой завтра идти в Шелтозеро звать рукастых мужиков, способных помочь.

– Ну или найдете, кто вас дернет, – спокойно говорил дядя Миша, ложкой соскребая с чугунной сковородки поджарки. Они хрустко отламывались, к ним тянулось сразу две вилки – Петька с Витьком старались наперегонки и, добрав со своих тарелок, теперь охотились на шкварки.

Санечек довольно жмурился. Ему все нравилось. Что он как взрослый решает проблемы, что они сидят в хорошей компании, что ничего плохого впереди не предвидится. Петька положил вилку и посмотрел в окно. Темно так и не стало. Солнце вроде скрылось, но его отсветы все еще освещали собой все вокруг. Становилось прохладно. Полз сероватый туман. Он вылезал от кустов, заполнял низину, карабкался на взгорок к дому Тарасия, вяло растекаясь по траве.

– Завтра жарко будет, – посмотрев в окно, сказал дядя Миша.

После ужина он выдал им новую пачку спиралей от комаров. Санечек долго чертыхался, прежде чем приспособился ставить их на подставку. Задымило. Но комары все равно продолжали гудеть. Это был какой-то сплошной звуковой покров. Гул висел над головой, заставляя вглядываться в темноту, в надежде увидеть злодея и заставить замолчать.

Санечек с Леночкой долго возились на кровати в своем углу, сыпался невыносимый Леночкин смех. Санечек несколько раз брыкнул. Петька отодвинулся. Но с краю лежал Витек. В ответ на Петькино движение он выставил кулак, который четко уперся под ребра, и сон от Петьки ушел.