Двое склонившихся над ним подскочили.

– Мы оставим его тебе, начальник, – сказал один из них.

И не успел Вивиан ответить, как они отпихнули его и метнулись к входной двери, которую предусмотрительно оставили открытой, невзирая на все ухищрения Вивиана, и вслед за тем он услышал рокот машины, заводящейся и удаляющейся по тихой улице. Из комнаты не доносилось ни звука.

Вивиан имел небогатый опыт столкновения со смертью и не мог понять, жив или мертв распростершийся на полу человек с задранным подбородком. Жив, подумал он, заметив, как тот шевелится, почти как бабочка, пришпиленная к доске и уже давно мертвая, – что-то вроде рефлекторного движения. Наверное, все-таки надо выяснить? Его охватило отвращение: почему этот чертов незнакомец решил умереть у него в гостиной, если он действительно умирал или, может быть, уже умер? Стоя у двери, словно приросший к тому месту, куда его отпихнули грабители, Вивиан чувствовал движение возмущенного ими воздуха и испытывал почти необоримое нежелание входить в комнату и обретать новый опыт, неведомый и чуждый ему, навязанный обстоятельствами. Хотя считать этот опыт неведомым было неверно: всего несколько недель назад он сам лежал в этой же комнате, на том же месте, пытаясь распутать веревки и чувствуя, как с каждым движением теряет силы. Это был век насилия; но теперь не он сам, а кто-то другой выступал в качестве наглядного примера. Кто?

Раздался стук в дверь, которого Вивиан не услышал, и в комнату вошли два полисмена. Увиденное не произвело на них впечатления, и на их лицах не отразилось особых эмоций. Присутствие полиции вселило в него смелость, и Вивиан, до тех пор не отходивший от двери, словно надеясь поскорее сбежать (наверх? на улицу?), вышел на середину комнаты и впервые взглянул в запрокинутое лицо грабителя. Несмотря на такой ракурс, он признал в нем одного своего знакомого – не друга и не врага, просто знакомого, с которым он пару раз перебрасывался замечаниями на коктейльных вечеринках. Это совершенно его поразило, спутав все мысли, и он ухватился за край стола, чтобы не упасть.

Сержант нагнулся над грабителем, приложил ухо к его груди, затем выпрямился.

– Боюсь, он уже мертв, но мы все равно обязаны вызвать неотложку. Можно от вас позвонить, мистер Воспер?

– Конечно. – Вивиан удивился, что сержант знает его фамилию.

– Они будут здесь через несколько минут, – сказал сержант, положив телефонную трубку на место, – а пока могу я задать вам пару вопросов?

– Конечно, – машинально ответил Вивиан.

– Должен вас предупредить: все, что вы скажете, может быть использовано в качестве доказательства при расследовании.