Светлый фон

Фоном на проходящие главные события легло то, что Андрей все эти дни совершенно не здоровался с коллегами за руку. Вот что еще вызвало на их лицах столько недоумения и, вероятно, охлаждения… Надо же было догадаться, что если они протягивают руку первыми, то и он когда-то должен был это сделать!..

Ладно, спасибо и на том, что не прощался как-то типа: помилуй тебя Бог, или: о, небеса! да будет ветер тебе попутным в крылья!.. Тогда его бы уж точно тут не…

— Андрюша!..

В это мгновение из кухни появилась маленькая женщина.

— Что же ты молчишь, что он уже тут?!..

Она замешкалась с шумевшим миксером и не услышала приход сына после звука домофона…

— Мама!.. — Андрей произнес это на придыхании. Склонившись, он обнял пожилую женщину. Да-да, такую пожилую для его мамы, худощавую телосложением. Глаза встретились сиянием с ее лицом.

Что происходит в эти моменты?.. Как для нее, когда она увидела его, впервые появившегося на свет, и для него, который тогда еще ничего не понимал, но уже чувствовал руки рядом, ее молоко, которое кормило в самые первые минуты его жизни. Казалось, ее даже смутил этот взгляд. Этот свет в зрачках. Она не видела его таким с тех далеких пор детства… Или же не видела никогда?..

— Ты чего молчишь?.. — произнесла она под пристальным взором тишины.

— Твои глаза… Мама, — Андрей не мог привыкнуть к звучанию этого слова.

— Да, глаза у тебя мамины, это точно! — подал голос отец. — Я помню: это первое, на что я обратил внимание, когда ее встретил. Это ты не в меня пошел. Все думали, что ты у нас кареглазым родишься: по моей линии все такие, бабушки, дедушки… Но не тут-то было!.. Потом стали копать: прадед был у тебя тоже с голубыми глазами… Вот как встретились гены…

Азы генетики для Андрея. А в его голове с молниеносной быстротой крутилась его ангельская внешность и что она осталась тут такой же, как была там. И похожей на родителей. Как же все было продумано, до самых мелочей… И именно не подобрано, а продумано…

— …но в остальном ты явно мой ребенок, — улыбнулся отец.

— Ладно тебе забалтывать сына, — повернулась к нему мать.

И Андрей увидел на мужском лице, тронутом уже глубокими морщинами, ямочку на щеке, и выраженное сходство в скулах и строении лица.

Обалдеть…

— Давай кушать!.. — позвала (поманила!) мать. — Небось, проголодался, пока доехал в такую даль?..

— Уж раз в полгода можно и приехать, ничего, — послышался комментарий отца.

Андрей зашел в ванную и включил воду. Его ресницы взметнулись вверх, давая обзор отражавшемуся в зеркале лицу. Все б ничего, да зачем столько зеркал в этих квартирах?.. И ванн, туалетов…