Джек кивнул.

Эд покачал головой.

— Ты просто рехнулся.

Джек вздохнул.

— Возможно. — Он подался вперед и заглянул Эду в глаза. — А, может быть, и нет.

22

22

Джек повис на полицейском всей своей массой, тот почти тащил его на себе. Патрульный помог ему пройти по коридорам мимо дверей и полицейских, которые, сидя за своими столами, провожали их скучающими взглядами. Пробираясь к столу сержанта, Джек почти что слышал, как они говорят ему вслед: «Еще один надрался». Он не винил их — да и не имел права винить. Вид у него был такой, будто он где-то вывалялся, откуда-то удрал илн упал с забора. К тому же все его тело покрывали свежие царапины, ссадины и синяки.

Наконец он остановился у какого-то стола. За этим серым столом с металлической обивкои сидел самый обычный человек, разве что в форме, который ничего и не слышал о кошмаре и бедствии, случившихся в поместье, и никогда бы не услышал, если бы не решился поверить его сумасшедшему звонку. Лицо у сержанта было жестоким и морщинистым, как будто годы стерли с него все эмоции и надежды, оставив на их месте только складки и черточки, отчего он казался вдвое старше.

— Мистер Вайнер?

— Да, — ответил Джек.

— Садитесь. Хотите кофе или чего-нибудь еще?

— Да. Кофе, если можно, — сказал Джек, присаживаясь, и заметил, как сержант кивнул полицейскому, который привел его сюда.

— Почему, черт возьми, вы не рассказываете мне, что там произошло?

— Пожалуйста, — с готовностью ответил Джек. — Бабочки.

— Бабочки… — задумчиво повторил сержант, как будто в этом слове не было никакого смысла.

— Да. Но не простые бабочки. — Он закатал рукав и показал ему свои раны.

— И это сделали бабочки?.. — как-то уклончиво спросил сержант, так же, как он проиэнес слово «бабочки».

— Да.

— Понятно. Но бабочки обычно не нападают на людей. И на животных тоже.