Он щёлкнул пальцами, и ближайшая к ним пара фонарей сразу же зажглась, осветив дорожку жёлто-белым светом. Щёлк — и ещё два фонаря засияли, словно светлячки в ночной траве. Щёлк — и вот уже следующая пара образовала на быстро темнеющей улице своеобразную арку из игры тени и света. Ева широко улыбнулась, совсем как ребёнок, даже подпрыгнула от радости, и Саваоф Теодорович улыбнулся вслед за ней. Затем он хлопнул в ладоши, и все фонари, стоящие по обе стороны дороги, мгновенно зажглись по его приказу; ещё хлопок — и набежавшая на небо пелена облаков вдруг рассеялась, открывая вид на мириады звёзд, которые, словно одуванчики на летней поляне, распустились на обсидиановом лугу неба; ещё хлопок — и тысячи, нет, миллионы маленьких огоньков вдруг начали падать с неба прямо на Еву, как настоящий звёздный дождь или как взорвавшийся в воздухе фейерверк, рассыпавшийся на сотни искр. Вскоре девушка поняла, что маленькими огоньками, спустившимися, прямо как ангелочки, с неба, были светлячки; они всё летели и летели, пока, наконец, вся аллея не засияла так, как не сияет даже украшенный к Новому Году большой город. Саваоф Теодорович подставил руку под живой «звездопад», и несколько светлячков осторожно опустилось ему на ладонь, зажигая в его глазах два маленьких космоса; он сложил руки лодочкой и слегка подул: светлячки сразу же взлетели, спугнутые потоком воздуха, и образовали своеобразный рисунок, что-то наподобие созвездия. Что ж, нечего и говорить — это действительно было красиво. Даже нет, не так — это было волшебно, и в этот момент Еве было абсолютно всё равно, бредит она, или всё происходит на самом деле.

— Клянусь Богом, — тихо сказал Саваоф Теодорович, внимательно вглядываясь в небесно-голубые глаза Евы, — что во мне сейчас горит желание бросить всё и уехать вместе с тобой. Жаль, что я привык слушать разум…

— Вот видишь, — грустно вздохнула Ева. — Я была права насчёт того, что день аварии был моим последним днём работы у тебя.

— Может быть, — хитро прищурился Саваоф Теодорович и слегка ухмыльнулся. — И всё же я рад, что подобное случилось в твоей жизни: за этот месяц ты научилась обращаться ко мне на «ты».

— И, кажется, я научилась влюблять тебя в себя, — поддела его в ответ Ева и хитро улыбнулась.

— «Противоположности притягиваются» — древний, как этот мир, закон. Мы ли те, кому идти против него?

— Сказал тот, кто всю жизнь идёт против законов. Или скажешь, что я неправа?

— Мне кажется, кто-то стал эмпатом за последний месяц.

— Или просто кто-то узнал тебя чуточку больше, чем нисколько.