— Для тебя я больше не «Люци», — прошипел сквозь зубы темноволосый юноша, оборачиваясь на брата. — Ну же, скажи моё имя. Хоть раз за всю бесконечность скажи его так, как оно есть на самом деле!

Михаил плотно сжал губы, тщетно стараясь подавить в себе очередную волну ярости.

— Я не хочу оказываться с тобой по разные стороны баррикад.

— Скажи моё имя.

— Я не позволю тебе пасть. Сегодня я верну тебя назад, и мне всё равно, какой ценой.

— Скажи моё имя.

— Ты просто…

— Скажи моё имя, Михаил!!! — что есть мочи крикнул темноволосый брат, в гневе ударяя такими же чёрными, как перья ворона, крыльями о холодный мёртвый камень. — Скажи его хоть раз в жизни! Полностью! Таким, какое оно есть!

Можно было видеть, как на лице Михаила ходили желваки.

— Ты не уйдёшь отсюда, Люцифер.

— Вот именно, — едко улыбаясь, прошептал юноша брату в лицо. — Вот именно. Лю-ци-фер. «Светоносный», «сын утренней зари». И, поверь мне, моя звезда взойдёт.

— …на тёмном небосклоне ночи, — равнодушно заметил Михаил, наблюдая за кривым отражением себя. Люцифер тихо усмехнулся и отодвинулся.

— Что ж поделать, иначе звезды не будет видно, — он ушёл назад и подставил ладонь северному ветру: пара снежинок тут же упала на неё, но не растаяла. — Так что будь так добр, братец, пропусти меня: там, внизу, куда не ступает твоя ангельская нога, меня ждут те, кто хочет свободы.

Посчитав, что разговор окончен, Люцифер направился к обрыву, как вдруг какая-то невидимая сила порывом ветра откинула его назад.

— Ты не понял меня, брат? — спросил ровным голосом Михаил, слепо глядя перед собой. — Ты никуда не уйдёшь.

Люцифер медленно поднялся и отряхнулся. Его длинные чёрные волосы намокли от снега, и от этого, казалось, стали ещё темнее.

— Я не могу понять тебя, братец, — у Люцифера были красивые ярко-зелёные глаза, такие же, как у Михаила, только смотрели они по-другому: колюче, цепко, зло. — Ты вроде любишь меня… Желаешь мне добра… Так в чём дело? Почему ты так не хочешь, чтобы я ушёл и стал свободным?

— Я не позволю собственному брату творить зло, как бы я его ни любил.

— Ах, вот оно что, — Люцифер усмехнулся и, подойдя к обрыву, глянул вниз: там не было ничего, кроме таких же голых, безжизненных скал, припорошённых снегом. — А с чего ты взял, что я собираюсь творить зло? Я лишь хочу свободы, не более.

— Прекрати! — Михаил ловко перехватил руку Люцифера с клинком в руке, когда тот потянулся его обнять. — Думал отрезать мне крылья? Не выйдет, братец. Я прекрасно знаю тебя и твои намерения, иначе бы мы не стояли сейчас здесь.