Эти страшные слова могли напугать любого ребенка – универсальный указ, несущий обещание наказания даже в этом адском краю грез. Джек замер, его слезы оросили почву под ним. Из сырых комьев потянулись костлявые пальцы, ищущие его ноги, чтобы утянуть вниз. Дети, погибшие до него – будь они из утробы его матери или другой безликой женщины, – победно выкрикивали его имя. Он был одним из них, одним из проклятых, и скоро присоединится к ним. Зола обугленных останков и костей наполнит его легкие, бьющееся сердце замедлит свой ритм, задыхаясь в утробе погребенного бога.

Погребенного, но не спящего.

Ждущего.

Тянущего вниз, по дюйму зараз. Все глубже во тьму, в яму из тел со всеми другими детьми.

Джек пробудился от кошмара и открыл глаза.

Лаура Тремли смотрела на него сверху вниз, ее губы и подбородок были вымазаны в засохшей крови. Из глаз текли черные струи, смешиваясь с запекшимся месивом.

– Малыш.

Не успел он закричать, как ее руки сомкнулись на его горле.

2

Райли пинком открыл дверь и поморщился, когда ручка ударила в стену. Бобби Тейт прислонился к плечу сына, выкашливая черную жижу. Темные комья падали на пол, шевелясь из-за прячущихся в них невидимых существ и заполняя дом невыносимым смрадом гниющей земли. Прислонив отца к стене, Райли закрыл дверь.

– Я звоню в 911.

– Нет, – прохрипел Бобби. Он закашлялся так сильно, что потерял равновесие и свалился на пол содрогающейся кучей. Чем бы ни было то вещество, которое Бен и Тоби исторгли в лицо его отцу, теперь оно проникало ему в организм. Вокруг глазниц вздулись и пульсировали темные вены, по носу стекали черные слезы. Едва Райли с отцом добрались до дома, как ядовитое месиво начало действовать. «Акура» Бобби все еще стояла в канаве рядом с подъездной дорожкой, поворотник продолжал мигать, двигатель работал на холостом ходу.

Райли смотрел на морщащегося от боли отца, шокированный возможностью потерять еще одного родителя. И впервые после смерти матери он обнаружил, что взывает к Богу. «Нет, только не его. Пожалуйста, не отнимай его у меня. Он – все, что у меня осталось. Это нечестно, будь ты проклят. Ты не можешь забрать его. Не можешь».

Он разжал кулаки и положил трясущиеся руки отцу на плечи.

– Давай, пап. Вставай. Нам нужно отвести тебя в ванную, а потом я вызову скорую.

– Нет, – повторил Бобби, но на этот раз он был слишком слаб, чтобы протестовать. Райли перекинул руку отца через плечо и выругался себе под нос, пытаясь справиться с неподъемной тяжестью.