– Мама просила сказать, что мы переезжаем. Здесь будут жить квартиранты.

Игорь перевел взгляд на Катю. Та смотрела на соседку с неприязнью, но, похоже, не собиралась встревать: сам разбирайся.

– Ясно… – протянул он. – Хорошо.

Девочка вгляделась в дальний конец коридора.

– Это все? – не выдержал Игорь.

Она снова пожала плечами – маленькие грудки приподнялись под ношеной футболкой – и юркнула в тамбур. Он закрыл дверь и повернул защелку.

– Ой, муж поздно вернется! – пискнула за дверью девочка. – А вы не умеете?

Ужин прошел в тягостном молчании. Катя прочно уселась на стуле, словно не собиралась вставать до утра, и бросала на Игоря укоризненные взгляды. Он не знал, как еще оправдываться, да и зачем. Подал ей лазанью, салат, после убрал тарелки в посудомойку, поставил чайник – и тут не выдержал, сорвался. Катя истошно кричала в ответ.

Потом, лежа в зале на расстеленном диване, пытался вспомнить, в чем обвинял Катю. Не любит готовить. Прибирается через силу, точно заставляют; а если ребенок появится – тоже пылью будет дышать? Вечно ноет, что он домосед и сторонится ее знакомых, новых людей. Путешествуют они, видите ли, мало, хотя совсем недавно в Питер… Кажется, охаял тещу, которая вскользь предъявляла ему за то, что он не переписал квартиру на дочь, – это с какого перепугу?!

Ссора выжала до капли. Игорь долго не мог заснуть. Лежал в темноте, прислушиваясь к квартире, которая казалась пустой, но иногда оживала странными мельтешащими звуками, будто кто-то крошечный крадучись двигался по коридору.

Проснулся в девять утра. Будильник не ставил – понадеялся, что его разбудит Катя. Но та ушла, оставив пустой заварник и раздражающий аромат парфюма. Вчерашняя злость никуда не делась. Стала гуще.

Он написал начальнику, мол, простудился и температурит, поработает дома, посмотрит на самочувствие. Начальник ответил: «Поправляйся».

Игорь позавтракал горячими микроволновочными бутербродами с сыром и ветчиной, открыл на компьютере текущий проект, повозился часик. Работа не шла. Отвлекали мысли о Кате и звуки ремонта. Кто-то из соседей долго орудовал дрелью, ронял что-то – инструменты? – на пол, потом принялся стучать. Настойчивый звук выводил из себя, когда он затихал, Игорь ловил себя на мысли, что ждет его с нарастающим раздражением.

Свернул «Автокад» и встал из-за компьютера. Выкурил на лоджии три сигареты подряд, заварил крепкий кофе, щедро плеснул в кружку коньяка и бесцельно бродил с ней по квартире, пока взгляд не остановился на шкафу в спальне.

Раздвинул двери. Лишь одна полка была занята его трусами и носками, остальное место захватили вещи Кати. Игорь провел рукой по ряду платьев, перебирая; потянул за подол алый короткий наряд в блестках по нижнему краю. Когда успела купить? Перед кем фасонилась? Он покопался в обувных коробках и нашел леопардовые сапожки, покрутил левый в руке и швырнул обратно в коробку. Говорил же ей, что ему не нравится эта вульгарщина! А гляди, купила все-таки! Одно дело нижнее белье… Хочешь быть шлюхой – будь, но только для своего мужчины!