– …Что это за хрен с горы? А?!

– Да брось. Просто коллега…

– Просто? И ты его просто за лицо трогаешь?! Сумочки твои он таскает?!

– У него проблемы…

– Какие, сука, проблемы?! Бабы чужой не хватает?

– Игорь, остановись… Потом стыдно будет.

– Мне? Стыдно?! А тебе не стыдно?! Сколько раз он здесь был, а?!

– Да что ты несешь. Сам дома все время…

– Ой, как жалко! Хахаля в дом некогда привести, только по углам обжиматься!

– Не ори на меня.

– Что, сказать нечего?! А сапожки эти, которые прячешь… платье… тоже для него припасла?!

– Какие… Да я хотела… Ты что, рылся в моих вещах?

– Они лежат в моем шкафу! В моей квартире! На которую вы с твоей мамой рты раззявили!

– Все, хватит…

– Точно! Хватит! Собирай свое шмотье и вали к маме!

Он плохо запомнил детали той страшной ссоры. Слепая ревность сделала его пристрастным. Помнил, как распахнул шкаф и стал швырять на пол ее одежду. Помнил, как хлопнула дверь.

Катя ушла, забрав сумочку и пальто.

Про домового он вспомнил, когда ворвался в ванную и, пустив в раковину воду, сунул под холодную струю пылающее лицо. Вспомнил – и дернулся от ванны, впечатался плечом в шкаф-пенал, порывисто вскинул голову.