Мистер Дув ловко сменил тему разговора.

— Предлагаю выпить за успех нашего друга Триггса, — сказал он. — Думаю, детективы Скотленд-Ярда позавидовали бы столь полному и решительному успеху, положившему конец ужасу Пелли.

— Э… — промычал Сигма, — я, право, не заслуживаю…

— Некогда, — продолжил мистер Дув, — я знавал в Лондоне знаменитого Мепла Репингтона. Это имя вам что-нибудь говорит, мистер Триггс?

— Конечно, — солгал мистер Триггс.

— Джентльмены, вы любите детективные истории?

И Триггс, и Пайкрофт любили их.

— В те времена, — начал мистер Дув, — я состоял членом некоего довольно известного лондонского литературного клуба. О, не смотрите такими глазами — я исполнял функции переписчика, не более.

Однажды Мепл Репингтон поручил мне работу, с которой я успешно справился. В знак признательности он рассказал мне одно из своих приключений, историю, весьма позабавившую меня. Итак, передаю слово мистеру Репингтону.

— Родители прочили мне преподавательскую карьеру, и, кажется, я слыл прилежным учеником. Но добившись всех возможных знаний и дипломов, я понял, что карьера преподавателя слишком трудна, и решил зарабатывать на хлеб насущный на ином поприще. Один из литераторов той эпохи оказал мне протекцию, помогли и друзья. Я дебютировал в журналистике, а вернее — в литературе.

Скажу сразу, у меня, по мнению издателей и ответственных секретарей, не было ни стиля, ни воображения. Однако один из этих почтенных людей заказал роман просто из хорошего отношения ко мне, чтобы дать подзаработать.

Журнал, для которого следовало выполнить заказ, назывался «Еженедельные рассказы» и платил по пенни за строчку, что казалось мне сказочным гонораром.

Мне предоставили право самому выбрать сюжет при условии, что он окажется занимательным, и читатель найдет в нем достаточное количество ужасов, чтобы трястись от страха, как мальчишка из немецкой басни. Я оказался в большем затруднении, чем казалось. Прошла неделя, но вдохновение отказывалось посетить меня.

В ту эпоху я жил в тесной квартирке из двух комнат близ Ковент-Гардена. Соседние комнаты занимал отставной военный, майор Уил, человек доброго сердца, который считал своим долгом поднимать дух всех и каждого. Он частенько приглашал меня выкурить трубку и отведать превосходного шотландского виски.

Подметив мою озабоченность, Уил спросил меня о причинах хмурого настроения с привычной снисходительной прямотой. Я не делал тайны из своих забот и рассказал историю заказного романа, который «не шел».

— Дело необычное, — заявил майор по размышлении, — и я ничего не смыслю в литературе. Кроме Вальтера Скотта и Диккенса я ничего не читал и думаю, превзойти этих гениев никому не удастся. Все остальные книги простая пачкотня бумаги.