Девушка удивилась и внимательнее пригляделась к двери, но теперь задвижка лежала неподвижно. Сперва Бесси подумала, что, быть может, возвратившись с прогулки, дядя небрежно закрыл замок. Ей стало чуточку неуютно, не более того, и она сумела убедить себя, что все это ей лишь померещилось. Все же, прежде чем перед сном подняться наверх, она подошла к окну и выглянула во тьму, но все было тихо — ничего не видно, ничего не слышно, — и вот все трое разошлись на покой.

Дом Хантройдов был немногим лучше коттеджа. Парадная дверь открывалась прямо в столовую, над которой располагалась спальня стариков. Когда же вы входили в эту уютную столовую, то слева от вас, почти под прямым углом ко входу, находилась дверь в крохотную гостиную, составлявшую особую гордость Хестер и Бесси, хотя она не была и вполовину столь уютной, как столовая, и ни разу не использовалась по назначению. Там на каминной полке красовались пучки засушенных цветов, напротив стоял наилучший буфет с фарфоровым сервизом кричащей расцветки, а на полу лежал яркий безвкусный ковер, но все было бессильно придать комнате атмосферу домашнего уюта и филигранной чистоты, что царила в столовой. Над этой гостиной находилась комната, где жил Бенджамин в детстве и когда приезжал домой. И до сих пор в этой спаленке все было так, как будто он и не уезжал. В кровати никто не спал вот уже почти десять лет, но все равно время от времени старушка мать украдкой приносила туда грелку и хорошенько просушивала и проветривала постель. Делала она это лишь в отсутствие мужа и тайком ото всех, а Бесси даже и не предлагала ей помочь, хотя глаза девушки наполнялись слезами каждый раз, когда она видела, как тетя занимается этой никому не нужной работой. Шло время, и помаленьку комната стала вместилищем всякого ненужного домашнего хлама, а один угол неизменно отводился под хранение зимних яблок. Если встать лицом к камину, то слева от столовой, напротив окна и выхода во двор, имелось еще две двери: правая открывалась на кухню, где потолок был наклонный и откуда шел выход во двор и к сараям, а левая вела на лестницу, под которой располагался чулан, где хранились всевозможные домашние сокровища, за ним — сыродельня, комнатка над которой служила спальней Бесси. Окно этой маленькой спаленки выходило как раз на наклонную крышу кухни. Ни на одном окне, будь то первый или второй этаж, не было ни ставен, ни решеток. Дом был сложен из камня, каменными были и оконные рамы, а длинное низкое окно столовой в иных, более помпезных домах называлось бы готическим.