– Постараюсь исправиться. Что сегодня в «Метрополитен»?

– Не хочу в «Метрополитен». Вагнер нагоняет на меня скуку. Может, в кино сходим, посмотрим «Глубокую глотку»? О ней много говорят. И не корчи, пожалуйста, презрительную мину. Знаю, не любишь фильмы с голым сексом. Почему? Почему делать куннилингус сладко, а видеть на экране гадко? Ты унижаешь меня своими хохмами. Потискаешь меня в постели, и я уже женщина определенного сорта – так, что ли?

Но говорилось все это добродушно и даже с любовью. Мы обсудили все это с Ренатой в Дубовом зале «Плазы», куда не доносились запахи вареных сосисок с бобами из богадельни. Жаль, надо было бы вытащить их оттуда и угостить. Менаш рассказал бы мне о моей маме, которая умерла, когда я был мальчишкой. Интересно, что сказал бы о ней взрослый человек – если, конечно, я был таковым. Джулиус говорил, что совсем не помнит ее. Для меня же она была как святая, и в моей привязанности к ней он усматривал что-то нездоровое. Откуда такая неудержимая, на грани истерии, тяга к прошлому? С клинической точки зрения это, наверное, и была истерия. С философской точки зрения дело обстояло лучше. Платон связывал воспоминания с любовью. Да, жаль, но я не имел права просить Ренату тащиться со стариками в какую-нибудь забегаловку, читать им меню, разделывать им устрицы, вытирать жирные капли на спадающих штанах, отворачиваться, когда у бедняг выпадали изо рта вставные челюсти. Ее тоже удивляло, что пожилому человеку вроде меня так хочется послушать о своей мамочке. Рядом с теми двумя я выглядел бы моложе, но не исключено, что она раздраженно смешала бы нас в одну кучу. Таким образом Менашу и Вольдемару пришлось обойтись без угощения.

Рената заказала себе красной икры. Объявила, что это награда за согласие ехать в вонючем метро. «Затем я возьму устричный салат, – говорила она официанту, – а на десерт профитроль. Мистеру Ситрину принесете омлет с травами. Вино закажет он». Я исполнил ее желание и попросил бутылку пуйи фюиссе. Когда официант ушел, Рената сказала: «Видела, видела, как бегали у тебя глаза по строчкам меню. Нечего строить из себя бедноту. Всегда можешь заработать кучу денег. Особенно если будешь держаться меня. Мы с тобой еще станем лордом и леди Ситрин, обещаю. После Кони-Айленда у тебя упало настроение, и посему разрешаю посмотреть на дам, которых привели сюда все эти биржевики и юристы. Посмотри и сравни».

– Нет никакого сравнения, – отозвался я.

Подошел официант с вином и разыграл обычное представление: показал мне этикетку, откупорил бутылку, налил мне попробовать, прежде чем разлить по бокалам. Я должен был оценить его услужливость.