Грусть в ее голосе заставила миссис Мейрик взглянуть на Майру с особым вниманием. Сняв шляпу и усталым жестом пригладив локоны, та сидела напротив старшей подруги в своей обычной позе: скромно сложив руки на коленях и скрестив ноги, – однако проницательная миссис Мейрик заметила на ее лице следы скрытого страдания.

– Появилась ли в твоей душе новая тревога, милая? – спросила миссис Мейрик, отложив работу.

После недолгого колебания Майра ответила:

– Наверное, я слишком часто говорю о тревогах. Думаю, несправедливо беспокоить других без крайней необходимости. К тому же я слишком труслива.

– Ах, милая, матери созданы для того, чтобы принимать на себя трудности и переживания детей. Может быть, дело в том, что уроков пения немного, да и те к концу сезона иссякнут? Успех в подобных начинаниях не приходит быстро.

Миссис Мейрик не верила, что затрагивает истинную причину печали, однако надеялась, что ее догадка подтолкнет девушку на откровенность.

– Нет, вовсе нет. – Майра слегка покачала головой. – Конечно, я разочарована тем, что многие леди заявили о намерении пригласить меня, чтобы учить их самих или дочерей, но не сдержали слова. Возможно, после каникул я начну преподавать в нескольких школах. К тому же теперь я богата, как принцесса. Я еще не притронулась к подаренным миссис Клезмер ста фунтам. А Эзра никогда не останется без опеки и помощи мистера Деронды, который сказал: «Сочту высшей честью, если ваш брат разделит со мной все, что имею». О нет! О таких вещах, как пища и одежда, нам с Эзрой незачем беспокоиться.

– И все же что-то тебя гнетет, – прозорливо заметила миссис Мейрик. – Очевидно, ты опасаешься за ваше душевное спокойствие. Не предвосхищай зла, дитя мое, если не можешь его предотвратить. Тревога бесполезна, если нельзя превратить ее в защиту. К сожалению, есть на свете события, от которых защититься невозможно. Готова ли ты признать, что сейчас поводов для тревоги больше, чем месяц назад?

– Да, готова, – ответила Майра. – Эзре я ничего не сказала. Не решилась. Простите за то, что чувствую необходимость признаться вам. Я абсолютно уверена, что видела отца.

Миссис Мейрик покачала головой и крепко сжала руки, чтобы удержаться от худших эпитетов в адрес этого человека.

– За последний год он заметно изменился, – продолжила Майра. – Помните, я рассказывала, что он часто плакал и всегда казался возбужденным? Я повторила Эзре все, что говорила вам, и он сделал вывод, что отец пристрастился к азартным играм. Именно от этого люди легко впадают в отчаяние. Я видела отца лишь мельком – его лицо стало совсем изможденным, а одежда потрепанной. Рядом с ним шел человек еще более неприглядного вида и что-то держал в руках. Оба спешили на дилижанс.