– Сын называет миссис Грандкорт герцогиней Ван Дейка, – продолжила миссис Мейрик, снова обратившись к Анне, – потому что считает ее поразительно красивой, достойной кисти художника.

– Да, – подтвердила мисс Гаскойн. – Гвендолин всегда была красавицей. Мужчины отчаянно в нее влюблялись, а мне было их очень жаль, потому что они ужасно страдали.

– А что вы думаете о мистере Грандкорте, счастливом влюбленном? – спросила миссис Мейрик.

– Папа одобрил согласие Гвендолин, а тетушка говорит, что он очень щедр, – начала Анна с твердым намерением скрыть собственные чувства, однако, не в силах противостоять искушению высказать свое мнение, добавила: – И все же, по-моему, он не очень симпатичный. Слишком гордый и апатичный. Думаю, Гвендолин больше подошел бы кто-нибудь помоложе и повеселее. Но, возможно, если у тебя есть брат, которого ты считаешь лучше всех на свете, то о других мужчинах начинаешь думать хуже.

– Вы просто еще не видели мистера Деронду, – многозначительно кивнула Мэб. – Ни один брат с ним не сравнится.

– И все же наши братья вполне годятся на роль мужей, – решительно возразила Кейт. – Потому что мистер Деронда не достанется никому.

– Конечно! – воскликнула Мэб. – Только представьте, что он получает счет от портного или пользуется рожком для обуви, как Ганс. Кто-нибудь способен вообразить его женатым?

– Я способна, – ответила Кейт. – Рисуя свадьбу для фронтисписа к книге «Сердца и бриллианты», я придала жениху его облик. А потом начала искать благородную женщину на роль его графини, но не нашла ни одной, которая не выглядела бы рядом с ним жалкой.

– Значит, тебе надо было посмотреть на миссис Грандкорт, – заметила миссис Мейрик. – Ганс утверждает, что они с мистером Дерондой прекрасная пара. Она высокая блондинка. Но ведь ты, Майра, с ней знакома и умеешь в нескольких словах охарактеризовать человека. Что ты думаешь о миссис Грандкорт?

– Я думаю, что она похожа на принцессу Эболи из оперы Верди «Дон Карлос», – горячо ответила Майра.

– Твое сравнение, дорогая, остается для меня загадкой, – с улыбкой призналась миссис Мейрик.

– Вы сказали, что миссис Грандкорт высокая блондинка, – продолжила Майра, слегка побледнев. – И это абсолютно верно.

Проницательная миссис Мейрик сразу отметила в облике Майры нечто необычное, однако тут же нашла объяснение в том, что светские дамы часто ранили Майру своим высокомерием.

– Миссис Грандкорт собиралась брать у Майры уроки, – пояснила миссис Мейрик, обратившись к Анне. – Но многие об этом говорили, а потом не находили времени. Видите ли, светские дамы очень заняты.