Связующим звеном между концепцией литературы как (оккультной) реальности и реальности как (темной) литературы является язык. Все расположенное по ту сторону «эмпирической» реальности может быть либо мыслью и воображаемым образом в сознании некой персоны, либо недоступной разуму метафизической реальностью вне человеческого сознания. Язык текста — это то самое промежуточное пространство, куда выносится конфликт этих двух концепций* в обоих случаях язык один и тот же, но в первом варианте он метафорично-иносказателен, во втором — буквально-однозначен. Метафизика — это воображаемая метафора; метафора — это не воображаемая метафизика. Двусмысленность эта зафиксирована уже в самом начале романа: «Что значит мертвы? Что значит прошлое? Тот, кто когда-то думал и действовал, и поныне — мысль и действие: ничто истинно сущее не умирает!» Джон Ди оживает в своих манускриптах всякий раз, когда их читает кто-то другой.
Что же такое фантастическая литература? Для Майринка — это
прежде всего игра: любое однозначное высказывание становится метафорическим, любая метафора может легко превратиться в однозначное высказывание. Поэтике реализма известна такая метафора, когда персонажи произведения начинают диктовать свою волю автору: однако Майринк обыгрывает эту метафору в буквальном смысле, о чем и упоминает в заметке «Мой новый роман»: «...все мы рабы своих мыслей, но никак не творцы их!»
«Ангел Западного окна», созданный Я, становится полным и безраздельным властелином своего создателя; но вот проблема: корректен ли вообще в рамках авторской концепции вопрос о том, что есть это произведение — «реальность» или «литература»?..
Комментарии
Комментарии
Середина XVI века... Сложный и противоречивый период в английской истории. За десять с небольшим лет трон четырежды менял своих венценосных хозяев. А сколько раз за этот такой небольшой в масштабах истории срок меняла свой курс английская политика, пожалуй, и не счесть. Сколько различных политических партий пыталось повлиять на ее направление! Дабы помочь читателю сориентироваться в событиях более чем четырехвековой давности, интрига которых намечена в романе прерывистой, то и дело теряющейся из виду линией, попытаемся совершить краткий исторический экскурс в Англию эпохи Тюдоров.
Вряд ли можно оспаривать тот факт, что история Европы XVI века — это прежде всего история Реформации. Не останавливаясь на сути реформ Лютера, отметим здесь лишь то, что, зародившись в Германии, реформационное движение быстро проникло во все уголки Европы, неся с собой брожение умов и тревожное ожидание перемен. Начался великий раскол, смутное время междоусобиц, крестьянских выступлений, секуляризации церковной собственности... Острова внезапно оказались почвой весьма благодатной для виттенбергской ереси, и первые всходы не заставили себя долго ждать...