Мария Французская, английская поэтесса второй половины XII в., переложила легенду о «Чистилище св. Патрика» латинскими стихами, которые потом легли в основу одноименной пьесы испанского драматурга Педро Кальдерона.

С. 44. Пиброкс — традиционная музыкальная тема с вариациями для волынки, под звуки которой шотландские воины шли в бой.

С. 65. ...к «Зеленой земле». — Символизм зеленого цвета содержит противоположные тенденции: произрастание (или жизнь) и труп (или смерть); поэтому египтяне изображали Осириса (бога произрастания и царства душ умерших) зеленым. В мифологии островных и континентальных кельтов зеленый считался цветом потустороннего мира в его позитивном аспекте. Название Ирландии «Зеленый Эрин» первоначально прилагалось к другой земле, расположенной далеко к северу и носившей название Огигия (Туле). Ее и называли островом «Святых» или «Блаженных». В исламской эзотерике есть также упоминание о «зеленом острове» (эль джезира эль-хадран). Выражение «Земля Живых» означает «обитель бессмертных».

С. 66. ...серебристая лепра... — проказа (лепра), одна из сакральных болезней. С одной стороны, прокаженные принадлежали к самой низшей касте общества и подлежали изоляции. С другой стороны, изначально королевские роды генетически наследовали определенные болезни, в том числе кровь их содержала — в минимальном количестве — возбудителя проказы. Именно это свойство позволяло королям

исцелять прокаженных (акт, впоследствии выродившийся в ритуальное исцеление от золотухи).

С. 69. ...Бартлет Грин, сын шлюхи и святоши... — Бартлет Грин — лицо историческое, глава исторической шайки ревенхедов (из чего не следует совершения им описываемых в романе деяний). Хотя очевидно, что Майринк при работе над романом пользовался, очевидно, более компетентными источниками, чем те, которые доступны нам. По странному совпадению, фамилия (прозвище?) героя — Грин (по-английски green — зеленый) указывает на связь своего носителя с царством мертвых, с потусторонним миром.

В романе мистагогом-посвятителем Бартлета Грина является пастырь черных овец с посохом в виде раздвоенного эпсилона. Одноглазость главаря ревенхедов — своего рода инфернальный стигмат; кожаные одежды — библейский символ грехопадения; рыжие волосы издревле считались признаком связи с нечистой силой. Налицо кощунственный параллелизм с Христом (имя матери-шлюхи — Мария, уготованная смерть в 33 года и т. д.), следовательно, во внутреннем космосе романа Бартлет — Антихрист.