— Вот что, старина, на твоей земле есть нефть. Ты еще не представляешь, что она даст тебе и твоему народу. Похоже на то, что вы обгоните всех нефтяников России…

5

— Чем дальше мы пойдем, тем больше встретим препятствий, и если мы не сумеем преодолеть встречное течение, грош нам цена. Мудро сказал этой ночью мне ваш старик: «Птица познается в полете, конь — на подъеме, воин — в бою».

Это было напутствие Ивана Михайловича геологам и бурильщикам.

Людмила Михайловна, слушая его, подумала: «Приехал всего только один человек, но каким он оказался нужным. Вник во все наши дела, указал на ошибки, а вот теперь спокойно учит бороться за свое дело». И тотчас же поймала себя на мысли: «Интересно, каким он был молодым? Таким же сдержанным, спокойным или горячим и злым, как Артем?»

Невольно она сравнила двух людей, по-разному дорогих ей: Ивана Михайловича Губкина, перед знанием, волей и талантом которого она преклонялась, и Артема Белова, любимого ею. Может быть, это происходило оттого, что ей хотелось найти в Белове черты характера Губкина?

— Итак, подведем итог тому, что выполнено, и позволим себе помечтать…

Для Губкина как будто не существовало препятствий, которые измучили экспедицию: приказы треста, сомнения и неудачи. Он спокойно перечислял, что уже сделано. Послушаешь его — и кажется, что сделано немало. Ведь больших открытий не совершают малыми усилиями.

— У нас скоро войдут в строй все четыре скважины. Их надо углубить. Проводите опробование разных горизонтов.

Белов, конечно, более запальчив. Он не ограничился бы таким спокойным разговором. Обязательно кого-нибудь обидел бы, поссорился бы с кем-нибудь.

Людмила Михайловна понимает, что это спокойствие — результат не только знакомства с геологической документацией Башкирской экспедиции. Многие годы Губкин посвятил изучению Урало-Волжской области, он выдержал много сражений, которые не всегда заканчивались победой; но поражения не убили в ученом способности увлекаться… Да, да, он увлекался, как юноша.

— Погребенные рифовые массивы уходят на юг, на восток и запад. И вы ищите нефть на юге, западе и востоке. Артинская толща должна дать промышленную нефть. Эта ближайшая ваша задача.

Людмила Михайловна взглянула на Белова. Он сидит в сторонке с потухшей папиросой во рту. О чем он думает?

А вдали рокочут буровые. Радуется ли Артем победе или его грызут сомнения? Ведь еще не известно, что дадут скважины — воду или нефть?

Но, как бы там ни было, пока что победил Белов.

— Большую нефть надо искать в более глубоких структурах, — продолжает Иван Михайлович. — Возможно, на глубине полутора-двух тысяч метров. Мне думается, вся Россия стоит на большой нефти. Границы этой области могут простираться от Волги до Уральского хребта и от Каспия до Москвы. Открыв первый нефтяной промысел, вы, пионеры уральской нефти, сразу же выйдете на поиски новых богатейших месторождений. Освоением промысла займутся только некоторые из вас…