Через полчаса посыльный принес ответ.

«Рейсовый автобус уходит в 15.15. Поторопись, ты на него успеешь».

«Рейсовый автобус уходит в 15.15. Поторопись, ты на него успеешь».

Каретное открылось старым кирпичным домом в два этажа, с башенкой, крытой черепицей. Башенка круто уходила вверх, обдуваемая ветром, снег не задерживался на ней. Черепица голо тускнела, теряя последние неяркие отблески заката; на западе щурились набитые снегом тучи. Они тянулись сплошной полосой, рыхлые, отекшие. Лишь над сопками, над самыми дальними, узким клином пробивался красно-золотой свет. И россыпь его тянулась через лес до самых окон автобуса, грязных, дребезжащих.

Остановка так и называлась: «Поликлиника».

Лилю Игорь встретил в коридоре. Она несла пачку медицинских карточек. Кисло смотрела на салатовую стенку, на пациентов, сидящих вдоль стены. Игорь преградил ей дорогу. Положил руки на плечи. Она вздрогнула, но, узнав его, взвизгнула от радости. Выронила карточки. Бросилась его целовать. Сидящие на стульях пациенты смотрели на них с удивлением.

— Ты надолго? — спросила Лиля.

— Утром надо уже быть в Сезонном. Как туда добраться?

— Что-нибудь придумаем. Посиди здесь. Я пойду отпрошусь с работы, — шепнула она.

Стемнело. В окнах домов горел свет. На улице было безветренно и, возможно, поэтому хорошо.

— Я живу вместе с Жанной, — сказала Лиля, взяв Игоря под руку. — Ты помнишь, я о ней писала?

— Да, — сказал он. — Я помню. Интересно на нее взглянуть.

— Она дома.

— Здесь можно где-нибудь купить бутылку? — спросил он.

— Где-нибудь означает — в единственном гастрономе. Но продается там только дорогой коньяк.

— По такому случаю дорогой коньяк — самый подходящий напиток.

Они повернули на соседнюю улицу, голубую от снега и фонарей. Трое подростков шли вдоль тротуара на лыжах. У дверей гастронома пестрели санки. Много санок. Не сосчитать.

За своей внешностью Жанна Лунина следила стихийно. Она не принадлежала к числу женщин, которые ежедневно уделяют косметическому волшебству не менее полутора часов. Одна-две минуты перед зеркалом, несколько взмахов расческой, прикосновение кисточкой с тушью к ресницам — вот и все заботы Жанны о собственной красоте.

Однако случалось, как она говорила, на нее «находило». Чуть ли не судьбоносный смысл обретали тогда вычитанные в журналах советы по уходу за кожей лица, услышанные от знакомых женщин рецепты различных кремов, маски и массажи.