Через пять минут они подъехали к дому Земцова.

— И вы, молодой человек, пойдемте с нами, — сказал Петр Васильевич Паше. — Будем обедать.

— Спасибо, — поблагодарил парень, — только, если разрешите, я к Сашке съезжу, повидать охота.

— У него здесь брат родной в техникуме учится, — пояснил Майский. — Сейчас сдает экзамены. Не видались они давно.

— Если так, тогда другое дело.

Эмка развернулась и, выпустив голубое облако отработанного газа, помчалась по улице. Майский улыбнулся.

— И не столько ему брата хочется увидеть, сколько машину показать, похвастаться. Братья Ильины близнецы, сыновья школьной уборщицы. Славные ребята. Один вот окончил курсы шоферов, работает на грузовой машине на прииске, а другой учится в геологоразведочном техникуме.

— Сыновья уборщицы, говорите? Очень характерно. А раньше-то разве мыслимо было такое? Впрочем, что это я вам говорю, вы и сами все прекрасно знаете, — спохватился Петр Васильевич. — Соловья баснями не кормят, — и надавил белую пуговку звонка у парадной двери.

Полина Викентьевна, увидев Майского, приветливо улыбнулась и протянула руку.

— Александр Васильевич! Вот это и в самом деле сюрприз. Петя позвонил, говорит, будет к обеду гость, а кто — не сказал. Я и гадала: кого же он привезет. И меньше всего ожидала увидеть вас. Совсем вы нас забыли, совсем. Очень, очень рада!

— И я тоже, Полина Викентьевна, — Майский с сыновней нежностью смотрел на женщину. — Как ваше здоровье?

— Скриплю помаленьку. На пенсию собираюсь, годы-то свое берут. А школу бросать жалко. Чувствую: не смогу жить без ребят, не интересно будет.

— Рано вам на пенсию. Вы прекрасно выглядите.

— Ценю вашу галантность, Александр Васильевич, но какое там, прекрасно. Я ведь уже бабушка. Да, да, не улыбайтесь, бабушка. Верочка вышла замуж и, не долго думая, произвела нас с Петей в звание бабки и дедки.

— Так это же очень хорошо, — засмеялся Майский. — Прибавилась семья, растет новое поколение.

— И я тоже говорю, — сказал Земцов. — А Поля все охает да ахает. Как они там, молодые-то. И пеленать-то, мол, дитя не умеют, и не гуляют, поди, с ним, и кормят не так…

— Полина Викентьевна — мать. Матери все такие.

— Вот Александр Васильевич понимает, а ты, Петя, нет.

— Конечно, где уж мне, — проворчал Земцов.

— С кем же вас поздравить?