– Они все там, наверное, страдают без туалета?

– Пока есть пустые бочки, а о дальнейшем надо побеспокоиться. Но ведь теперь, кажется, все в порядке? Если Капитан может вытащить ногу… зачем же ждать! Жалко расставаться с унитазом? Вытаскивайте поскорей. Не можете сами – поможем. Позвать на помощь?

– Тебя одного хватит. Я жду, пока немного пройдет онемение.

– Очень неприятно, когда нога онемела, да? Но скоро все будет в порядке. Теперь уже могу сказать, что из-за унитаза, вернее, из-за ноги Капитана возникли серьезные споры – это факт. Помните, у главаря пиратов из «Острова сокровищ», его, кажется, звали Сильвер, одна нога была деревянная, и ничего. Вот с кого надо брать пример, говорили они, корабль, мол, важнее всего.

– Как же мне вылезти?

– Беритесь за мое плечо. А я буду крутиться, как осел, вертящий жернова.

Я навалился на мускулистое плечо зазывалы. Это, наверное, выглядело так, будто на ветку дерева повесили ком теста. Женщина взяла с полки бутыль растительного масла и налила его вместо смазки между икрой и трубой. Зажав в зубах фонарик, зазывала начал ходить вокруг унитаза. Женщина другим фонариком светила ему под ноги. Кожа на голени, наверное, стерлась до мяса и висит клочьями. Но нога все же начала потихоньку вращаться. Повернулась почти на четверть, ощущения, что она втянута внутрь, уже не было.

– Все хорошо, ох, поплачут они у нас!

Во рту у зазывалы был зажат фонарик, и, что он говорит, я разбирал с трудом, но голос звучал радостно. Я почувствовал угрызения совести. Я ведь хотел выбираться отсюда вдвоем с женщиной, но сейчас об этом следовало забыть. У зазывалы тоже есть теперь право на спасение. Я буду потом раскаиваться, если скрою от него, что унитазом пользоваться уже невозможно (без серьезного ремонта всей системы) и что мы собираемся бежать отсюда через потайной ход. Если не произойдет чего-нибудь экстраординарного – даже не могу представить себе чего, – придется взять его с собой.

– Не больно? – спросила женщина. Почему она решила скрыть от него правду?

– Даже хорошо, что немного болит: значит онемение проходит.

– Движется, уже сантиметра на три вылезла, потерпите еще немного.

– Чуднó, – по-прежнему неразборчиво сказал зазывала. – У меня даже и в мыслях не было, что, если это произойдет, я смогу выжить, послав всех подальше.

– А если это вранье?

Дольше молчать было невозможно. Неужели женщина против? Вряд ли. Она смотрела поочередно на меня и на зазывалу, наклонив голову и растянув губы в полуулыбке.

– Что?..

– Я взорвал динамит, чтобы попытаться вытащить ногу из унитаза.