— Хорошо сделали, что пришли, Светлана Николаевна. Мы действительно заинтересованы и постараемся помочь вам и вашим товарищам. Но хотелось бы еще раз убедиться в прочности вашего решения: вы действительно уверены в том, что общественный суд поможет этим типам встать на путь истинный? Не надо ли пожестче?..

— Товарищ полковник, я не вправе утверждать, что знаю этих ребят достаточно. К тому же они, наверное, очень разные, — покачала головой Света. — Но все же думаю, что эти люди не потеряны для общества.

— Значит, верите, что они сохранили здоровое нутро, не прогнили насквозь? Вот и правильно, что верите, Светлана Николаевна. И мне хочется верить… Милиция отнюдь не заинтересована в том, чтобы лишь карать оступившихся. К тому же нам хорошо известно, что колония — не лучшее место для обретения добродетелей, — увы, это так… Наша задача и забота — профилактика. Но, разумеется, нам не дано право оставлять уже совершенные преступления нераскрытыми, безнаказанными. Тут противоречия нет, скорей — диалектическое единство… Почаще бы к нам вот так заворачивали журналисты и писатели, побольше бы писали об этом — и сколько доброго мы могли бы сделать сообща, скольких людей уберегли бы от кривой и опасной дорожки!

Полковник помолчал немного, переводя дыхание.

— Да, мы вам поможем, Светлана Николаевна. Поможем всячески. И, для начала, в помощь вам я определю одного из лучших сотрудников управления милиции…

— А есть ли в этом необходимость? — растерялась девушка.

— Да, есть. Ведь преступление все-таки совершено! И довольно тяжкое преступление… Мы должны знать все о виновных. А вдруг они вовсе не таковы, как вы себе представляете? А вдруг они еще что-нибудь совершат — похлеще?.. Не беспокойтесь, наш работник — его фамилия Петухов, капитан Петухов — достаточно умный и тактичный человек, ваши «подопечные» ничего не заподозрят. А он в короткий срок проведет необходимое служебное расследование.

Светлана не была готова к такому повороту беседы, не ожидала, что все так обернется. Подумала смятенно: «Может, быть, тогда надо было сказать, что один из провинившихся парней — сын работника милиции? Ведь все равно через день или два или даже сегодня это будет известно…»

Но она заколебалась, боясь непредвиденной нотой — и уже в самом конце — испортить хороший разговор.

Когда она уже вставала с места, полковник, поигрывая снятыми с переносицы очками, вдруг спросил:

— Светлана Николаевна, а этот рабочий парень, который вступился за вас, — наверное, он человек отважный? Не раздумывая, бросился на выручку… И наверное, сильный?