— Пушку?.. — удивился Тимоша. В голове у него непривычно шумело. — А! Это ты вот про что…

Он полез в карман за револьвером.

— Стой, стой! — перехватил Семен его руку. — Сам выну!

— Да ты погоди!.. — возразил Тимофей, не выпуская рукоятки нагана и лихорадочно соображая, как оттянуть развязку. — Ты посмотри, что за штука такая… Видишь, в нем всего один заряд!

Левой рукой он быстро перехватил револьвер за дуло и, выдернув шомпольчик, раскрыл барабан, показывая всем пустые, кроме одного, патронные гнезда. Неожиданная мысль пришла ему в голову.

— Это знаешь чего? — сказал он, обращаясь к Семену. — Ты читал рассказ про фаталиста в книге писателя Лермонтова?

— Что ты плетешь? Какого капиталиста?

— Не капиталиста, а фаталиста! — засмеялся Тимоша, чувствуя необыкновенную легкость в движениях и ясность в голове. — Это как один офицер свою судьбу испытывал! Хочешь расскажу? Лермонтов — он наш писатель, он жил недалеко от Варежки, в Тарханах, знаешь? Село, верст за сорок отседа, за Кевдой…

— Ну, знаю Тарханы, слыхал.

— Хочешь слушать рассказ?

— Давай выпьем еще по кружке, — перебил Фетиска, разливая всем из четверти.

— Нет, я сперва расскажу, а то напьюсь и позабуду… В царской армии, значит, служил офицер, Вулич по фамилии…

Убедившись, что в его нагане один патрон, бандиты, видимо, успокоились. Но слушать они не желали и, заставив Тимошу выпить вторую кружку, начали гомонить.

— Ты лучше скажи, зачем с собой шпалер нес? — приставал к нему Фетиска. — Тебе кто сказал, что мы в Варежке? Говори!

— Никто не сказал! Я и не знал, что вы в Варежке! — возражал Тимоша, слыша свой голос точно издали и радуясь, что он хоть и пьян, но так умело врет, будто на самом деле встретил парней нечаянно.

Но он хорошо помнил, что ему надо усыпить внимание бандитов, а для этого — заставить их слушать его рассказ. Он встал и воскликнул:

— Глядите сюда! Вот как офицер Вулич свою судьбу испытывал!

Он взял револьвер в правую руку и шаркнул вертящимся барабаном о рукав левой, чтобы все видели, что он не знает, пустое или заряженное гнездо барабана остановится против дула. После этого он приложил дуло нагана к своему виску.

Пятеро бандитов замерли, разинув рты.

Палец на курке у Тимоши вдруг точно налился свинцом — сделался пудовым, шевельнуть им не стало возможности…