— Стой! — сообразил он и опустил руку. — Рассказ-то я и забыл сказать. Кто же вам расскажет, коли я раньше времени на тот свет угожу?

— Ну давай, давай, сказывай! — загалдели пьяные парни. — Чего же ты канителишь?

4

— Так вот, значит, — начал Тимофей, садясь на место, — было это полсотни лет тому назад или боле, при наших дедах. Служил в царской армии, стало быть, офицер Вулич…

«У, бандюги!» — думал он, стараясь растянуть историю Вулича и уснащивая ее выдуманными подробностями. У Вулича была будто бы красавица любовница, которая не верила в судьбу, а он решил ей доказать, что каждому человеку его судьба назначена с детства и уйти от нее нельзя. «Убили Алешу! — думал он. — Не уйдете, сволочи, от расстрела!..»

Как ни затягивалось повествование, наконец дошло дело до того, когда Вулич взял пистолет, чтобы испытать судьбу. Тимоша поднялся на ноги, крутнул еще раз, заново, барабан на левом рукаве и поднес к виску дуло.

— Стой! — остановил его на этот раз Семен. — На, хвати еще самогону для храбрости!

— Давай!.. Нет, не надо! — перерешил Тимофей. — Жив буду, хвачу, так и быть.

Он опять приложил к виску револьвер и на этот раз, не моргнув глазом, спустил курок…

Сталь сухо щелкнула, выстрела не раздалось. Парни загалдели разом так, что с минуту нельзя было разобрать ни слова.

— Ну силен! Силен, Тимошка!.. Повезло сукину сыну!..

— А еще раз не щелкнешь?..

— На кой хрен ты подался в комсомольцы? — кричал пьяный Фетиска, обнимая Нагорнова. — Уйдем с нами! А то кокнут тебя задаром! Как Алеху кокнули…

— Эй!.. — предостерегли его другие.

— Ну-ка, покажи еще раз, как Вулич судьбу испытывал? — потребовал, когда гам начал утихать, Семен. — Аль кишка тонка второй раз, а?

— А ты сам не хочешь попробовать? — тихо смеялся Тимоша, думая в то же время: «Хочет, чтобы я себя убил», и чувствуя, что ослабел и еле-еле ворочает языком.

— Ишь ты — сам!.. — возражал Семен. — Нет, брат! Взялся за гуж — не говори, что не дюж!

— Давай рассказывай, что там дальше было с Вуличем? — требовали другие.

В голове у Тимоши от выпитого им самогона все перемешалось. Помнил он только одно — любой ценой надо задержать бандитов здесь, пока уполномоченный не подоспеет с отрядом. Ванюшка Карапузан паренек смышленый, догадается, где искать…

Продолжая рассказ, он вдруг утерял нить. Казак зарубил шашкой свинью; ну а дальше что было?.. Тимоша решительно не мог припомнить. Чувствуя, что мямлит, и боясь, как бы не разгадали его уловку, Тимоша ни с того ни с сего встал и поднес опять револьвер к виску.