Емельян уже прощался с волей. Растерянно пробормотал, что уголька вышел насобирать. Даже не сообразил, как нескладно соврал. В самом деле, кто же собирает уголь в темноте? А когда понял, что его отпускают с миром, пустился со всех ног.

«Пронесло. Слава богу, пронесло!» — ликовал он.

Вот как было. Просто повезло ему. Оказывается, в тот вечер воры ограбили поезд. Преступники скрылись. Их стали искать в Крутом Яру. Обысками руководил Недрянко.

«Непременно нагрянет, спросит, что возле состава делал», — в тревоге думал Емельян.

Однако время шло, а его никто не тревожил. Так и вышел сухим из воды.

19

19

Лаврентий было собрался податься в деревообделочный цех вагоноремонтного пункта. Он даже ходил туда, смотрел. Работа не пыльная, а денежная: заделывать дыры в стенках вагонов, чинить полы, крыши, ремонтировать борты железнодорожных платформ. Для такого специалиста, как он, — дело плевое.

Но тут случилась беда с Харлампием, и призадумался Лаврентий: ведь не пойди Харлампий на производство — был бы жив.

А потом стала вольная продажа хлеба — совсем отпала необходимость искать пропитания где-то на стороне. Успокоились «беженцы», навалились на работу вместе с теми, кто и не думал трогаться с места.

Игнат собрал правление совместно с активом. И выглядел он словно именинник. Исчез страх, что артель вот-вот распадется. Партия нацеливает на хозяйственное укрепление колхозов. Игнат вспомнил схватку Изота с Тимофеем. Ведь Тимофей еще в то время предвидел, в каком направлении должны развиваться колхозы.

Об этом шла речь и на Втором съезде колхозников-ударников. С волнением следили крутоярцы за работой съезда. Со всей страны съехались в Москву представители колхозного производства. Решали, как вести дела, как жить.

— Что ж, товарищи, — заговорил Игнат. — С новым примерным Уставом сельхозартели мы ознакомились. Подходит он нам по всем статьям.

Его поддержали — многоголосо, шумно:

— Може, хоть порядок какой встановится.

— Теперь каждый будет иметь общий интерес.

— Лучше сработаем — больше получим.

— Зараз не о заработке думать надо, — вмешался Иван Пыжов. — Заработок сам по себе придет, ежели о деле как следует дотолкуемся.

— Верно! — поддержал его Игнат. — Иван верно кажет. У нас как бывает? Курочка еще, звиняйте, в гнезде, а бабка уже со сковородкой носится. Считаем, что получать. А нам бы, в первую голову, похлопотать про урожай.

Предвесенние хлопоты захватили всех: готовили семена, ремонтировали инвентарь, сбрую, вывозили на поля навоз. Привычные это работы. Из года в год занимаются ими хлеборобы. Но нынче по-особому брались за дело — с каким-то небывалым подъемом. А все потому, что снова воскресла надежда.