Мысль электрифицировать село подал Савелий Верзилов. Сельсовет выделил для этого часть средств. Приобрели столбы. Дорожный мастер разрешил взять старые, ненужные рельсы.

И начались работы по электрификации Крутого Яра. Игнат освободил Семена от вывозки на поля навоза. Там конной тягой обходились. А Семен на тракторных санях подвозил рельсы, проволоку. Бригаду его укомплектовали ребятами, такими, что дело горит в руках.

По-разному восприняли эту затею крутоярцы. Одни всячески поддерживали, помогали ямы рыть, ставить столбы. Иные же скептически щурились, мол, нашли куда деньги убивать.

— Лучше бы дорогу в поселок проложили, — говорил Лаврентий Толмачев. — В распутицу черт ногу сломит на тех колдобинах, а мы, смертные, и подавно.

— Век прожили без этого самого электричества, — вторили ему, особенно пожилые.

Но дело застопорилось. Электростанция не разрешила подключиться к сети.

На тот случай Громов прикатил. Дошло до него, что крутоярцы занялись электрификацией. Решил сам посмотреть. Что, если увлеклись и забросили подготовку к севу? Председатель новый, неопытный, чего доброго, дров наломает.

Вошел в правление, а там галдеж. Обсели мужики Игната, шумят:

— Допрежь разузнать надо было!

— Пустил на ветер денежки-то наши!

— Какие денежки?! — кричал Игнат. — Почти задаром линию провели.

— А что с того? Без толку маячат те столбы перед глазами.

— Сколько труда положили! Лучше бы его земле отдать.

— Вот это верные слова! — воскликнул Громов и двинулся от порога. Обошел собравшихся, поздоровался с каждым, — Посевная на носу. О хлебе надо думать.

— Не хлебом единым жив человек, — возразил Игнат.

Громов нахмурился.

— Ты мне, Игнат Прохорович, баки не забивай, — сказал недружелюбно. — Эту премудрость и без тебя постиг. Говорю о том, что болит.

— Можно подумать, что нам оно не болит, — отозвался Игнат. — В этой посевной, Артем Иванович, жизнь наша.

Игната избрали колхозники своим председателем сразу же после того, как Холодов ушел возглавлять политотдел, созданный при Алеевской машинно-тракторной станции. И не ошиблись. Помимо того, что знает, Игнат землю, как самого себя, еще и хитринка в нем гнездится, без которой никак нельзя вести хозяйство.

Окунулся Игнат в дела с головой. Днем — хозяйственные хлопоты, ночами — над книжками корпит. Грамотишка-то у него лишь та, что в ликбезе получил. Берет у Елены задания и учится. Политграмоту штудирует, историю. Газеты перечитывает от первого до последнего слова.