— Есть ли большее несчастье?! — воскликнул наконец Флодоардо.

— Какое несчастье? — переспросила Розамунда смущенно, словно пробудившись ото сна. — Кто несчастлив, граф?

— Тот, кто осужден смотреть на благо, которого он никогда получить не сможет; тот, кто томим жаждой и видит бокал с водой, предназначенный другому!

— Не вы ли тот несчастный, лишенный блага, по которому он томится, — не в этом ли смысл ваших слов?

— Положим, вы угадали. Судите, не обделен ли я счастьем, любезная Розамунда?

— Что же это за благо, которое для вас недоступно?

— Есть ли на земле благо, равное с благом владеть Розамундой?!

Девушка покраснела и потупила взор.

— Не оскорбил ли я вас, сударыня? — спросил Флодоардо, взяв ее почтительно за руку. — Не рассердились ли вы на меня?

— Вы из Флоренции, граф, и, может быть, не знаете, что в Венеции не любят таких комплиментов. Мне, по крайней мере, они не могут быть приятны.

— Извините меня, сударыня! Однако я выразил искреннейшее свое желание, а никак не говорил комплимент.

— Дож входит в залу вместе с Канари и Сильвио — они будут искать нас среди танцующих, пойдемте!

Флодоардо последовал за ней в молчании. Они начали танцевать, и Розамунда была прелестна. С какою легкостью летала она по паркету! Грация и благородство проявлялись во всех ее движениях. Флодоардо не сводил с нее глаз. Он снял уже маску и шлем, но черные его кудри, вившиеся по воздуху, привлекали больше внимания, чем великолепные перья, украшавшие шлемы других мужчин. Все восхищались Флодоардо и Розамундой, но они не замечали этого, поглощенные только одним — желанием понравиться друг другу.

Глава вторая ФЛОДОАРДО

Глава вторая

ФЛОДОАРДО

Прошло уже два дня после праздника, устроенного дожем. Пароцци сидел запершись в комнате со своими друзьями Меммо и Фальери. Мрак покрывал предметы, светильник слабо их освещал, буря свирепствовала за стеной, и развращенные души молодых людей тяготил ужас.

Пароцци (после долгого молчания). Ну, друзья, о чем задумались?