Все четверо были заметно навеселе.

– Я такого у вас войскового атамана не знаю, – сказал воевода. – Корнея Яковлева знаю.

– Корней – то для других атаман, у нас свой – Степан Тимофеич, – вылетел с языком Стырь.

– С каких это пор на Дону два войска повелось?

– Ты рази ничего не слыхал?! – воскликнул Стырь. – А мы уж на Хволынь сбегали!

Фрол дернул сзади старика.

– С чем пришли? – спросил старший Прозоровский.

– Кланяется тебе, воевода, батька наш, Степан Тимофеич…

– Ну?..

– Велел передать: завтре сам будет.

– А чего ж не сегодня?

– Сегодня?.. – Черноярец посмотрел на астраханцев. – Сегодня мы пришли уговор чинить: как астраханцы стретют его.

Тень изумления пробежала по лицам астраханских властителей.

– Как же он хочет, чтоб его стретили? – спросил воевода.

– Прапоры чтоб выкинули, пушки с раскатов стреляли…

– Ишшо вот, – заговорил Стырь, обращаясь к митрополиту, – надо б молебен отслужить, отче…

– Бешеный пес те отче! – крикнул митрополит и стукнул посохом об пол. – Гнать их, лихоимцев, яко псов смердящих! Нечестивцы, чего удумали – молебен служить!..

– Они пьяные, – брезгливо сказал князь Михаил.

– У вас круг был? – спросил Львов.

– Нет!