— Привет, это я! — бодро сказала она. — Мне просто необходимо встретиться с тобой, жуть как надо, — сказала Фрэнни Чипперу Доуву. — Да, это Фрэнни Берри, и ты можешь заехать за мной в любое время, — сказала Фрэнни. — Да, в «Стэнхоуп», номер четыреста один.

Лилли тут же выхватила у Фрэнни трубку и раздраженно, как могла бы сказать сердитая сиделка, сказала Фрэнни достаточно громко, чтобы это мог слышать и Чиппер Доув:

— Кому это ты еще звонишь, а? Тебе нельзя больше звонить!

Лилли повесила трубку, и мы принялись ждать.

Фрэнни пошла в ванную, ее там вырвало. Когда она вернулась обратно, то была в полном порядке. Она выглядела ужасно, но она и должна была выглядеть ужасно. Две специалистки из «Мастерской Вест-Виллидж» наложили Фрэнни грим; они могли творить чудеса. Они взяли прекрасную женщину и уничтожили ее; они дали Фрэнни безжизненное, белое как мел лицо, они дали ей рот, напоминающий рану, они дали моей сестре иголки вместо глаз. И они одели ее во все белое, как невесту. Мы беспокоились, не окажется ли сценарий Лилли чересчур театральным.

Фрэнк стоял у окна, в черном гимнастическом трико и желтовато-зеленом приталенном халатике. Он немного подвел губы помадой, и все.

— Не знаю, — обеспокоенно сказал Фрэнк, глядя в окно. — А что, если он не придет?

Тут же находились две Сюзины подруги, травмированные женщины из «Мастерской Вест-Виллидж». Это мужчины травмировали их, сказала нам Сюзи. Ту, что была черной, звали Рути, и она казалась точной копией Младшего Джонса. На Рути были безрукавка из овчины, надетая на голое тело, и ярко-зеленые расклешенные брюки, над которыми подрагивала складка живота. Длинная серебряная заколка толщиной чуть ли не с железнодорожный костыль была воткнута в ее буйные волосы. В одной из своих больших черных рук она держала длинный кожаный поводок, на конце которого была привязана медведица Сюзи.

Этот медвежий костюм был шедевром искусства имитации. Особенно, как уже говорил Фрэнк, пасть; особенно клыки. Их влажный вид. И печальное безумие в глазах (на самом деле Сюзи смотрела через рот).

Когти были тоже шедевром; они были настоящими, как гордо заметила Сюзи, вся лапа была настоящей. А для пущей реалистичности на Сюзи надели намордник, который мы купили в зоомагазине, когда искали собаку-поводыря; самый настоящий намордник.

Отопление было включено на максимум: Фрэнни все время жаловалась, что ей холодно. Сюзи сказала, что ей нравится, когда жарко, что она в большей степени чувствует себя медведем, когда потеет, и мы могли с уверенностью сказать, что в этом медвежьем костюме пот катился с нее градом.