Дэнни увидел, что это «Бартоло Массолино»[132] из Пьемонта.

— Ну так давай ее закажем, — сказал писатель.

— Пока ты платишь, я готов заказывать что угодно, — усмехнулся Кетчум.

На кухне ресторана, как всегда, был сущий бедлам. Повар помогал Скотту готовить профитроли, которые подавались с ванильным мороженым и сиропом из горького шоколада. До этого он помогал Джойс и Кристине, занимаясь гренками и приправами для рыбных супов. Он успел наделать домашней лапши для гарнира к блюду из морских гребешков. Макаронные блюда сегодня подавались с маринованным утиным мясом по рецепту Сильвестро. Доминик сделал лапшу заблаговременно, гораздо раньше, чем на кухне и в зале стало шумно. Сейчас он занимался винным соусом с розмарином.

Шуму сегодня добавляла и новая посудомойка Доротея. Она поранила правую руку и из-за повязки постоянно роняла сковороды. Все держали пари насчет блюд, которые закажет Кетчум. Сильвестро предположил, что старому сплавщику захочется тушеной фасоли, на что Доминик ответил, что ни один лесоруб и сплавщик, если он в здравом уме, не станет по собственному выбору заказывать тушеную фасоль. Ее едят лишь в тех случаях, когда больше ничего нет. Повар склонялся к мысли, что Кетчум выберет говяжьи ребрышки на двоих, а Кристина и Джойс утверждали, что ему захочется бараньих котлет и жареной печенки.

— Надеюсь, ребрышками он поделится с Дэниелом, а себе дополнительно закажет котлет или печенки, — строил догадки Доминик.

Его внимание привлекла теплая ручка сковородки, на которой готовился винный соус, но он так и не мог понять, с чего бы это. Как будто он десятки раз не готовил в этой же сковородке винный соус и не трогал теплую ручку. Он вдруг стал замечать, что давнишние события помнит отчетливее и живее, чем более поздние (если такое вообще возможно). Так, к своему удивлению, повар обнаружил, что помнит слова Рози, которые она ему говорила до или сразу после их выхода на лед. Вот только кто первым сказал: «Дай мне руку»? Кетчум? Вроде он, однако повар не был уверен.

А Рози очень отчетливо ему возразила:

— Не эту руку. Это неправильная рука.

Потом Рози стала быстро кружиться по льду, удаляясь от Кетчума. Но когда она это сказала? До начала своих кружений или во время них? Этого Доминик не помнил, поскольку был пьянее и Рози, и Кетчума.

Но что значит «неправильная рука»? Повару вовсе не хотелось спрашивать об этом у Кетчума. И потом, много ли восьмидесятитрехлетний сплавщик помнит о том далеком вечере? Кетчум так никогда и не бросал пить, а выпивка не лучшим образом действует на память!