— Как ты любишь выражаться, Кетчум, горы лосиного дерьма, — огрызнулся Дэнни.

Писатель терпеливо объяснил старому сплавщику: раньше они запирали дверь «по всем правилам». В результате либо повару приходилось барабанить в дверь и ждать, пока Дэнни проснется, либо (правда, реже) наоборот. И тогда они решили, уходя из дома, плотно прихлопывать входную дверь, но не запирать ее. А когда оба возвращались, последний, кто ложился спать, запирал дверь.

— Тревожит меня малость это твое красное вино, — не унимался Кетчум. — Оно же как снотворное: захрапел и ничего не услышал.

— Если я буду пить только пиво, то вообще всю ночь глаз не сомкну, — объяснил старику Дэнни.

— Так ты хоть что-то услышишь, — сказал Кетчум.

Но проблема была не в красном вине. Да, Дэнни порою выпивал больше двух бокалов, и его действительно клонило в сон. Вино было лишь дополняющим фактором. И основная причина тревоги исходила не от нового названия ресторана. Проблема состояла в том, что после всех их попыток скрыться от Ковбоя, после всех трюков с переменой имен, которые ровным счетом ничего не дали, Кетчум сам привел его в нужное место. И сейчас Карл за ним следил.

Ковбой и раньше следил за Кетчумом, но не слишком успешно. Бывший помощник шерифа дважды висел у него на хвосте, когда Кетчум ездил на охоту в Квебек. В одну из зим Карл сумел проследить путь старого сплавщика до Пуант-о-Бариль. Увиденное разочаровало. Оказывается, Кетчум свел знакомство с каким-то местным парнем. Ковбой не знал, как выглядит Дэнни и чем занимается. Карл решил, что Кетчум на старости лет подался в гомики, а парень помоложе — его любовник! Но щуплого хромого повара там и близко не было. Карлу надоело понапрасну жечь бензин, и он оставил свои преследования.

Все изменило одно слово — слово и незначительный, казалось бы, факт: Ковбой с Кетчумом меняли шины в одной и той же миланской автомастерской. В северной части Нью-Гэмпшира зимние шины и своевременная их установка — дело серьезное. Мастерская принадлежала некоему Твитчеллу, а механиком, произнесшим то самое слово, был франкоканадец по фамилии Крото.

Где-то за неделю до Рождества Карл заехал в мастерскую и заметил в гараже пикап Кетчума.

— Никак и Кетчум приволок вам свою колымагу? — спросил Ковбой.

— Ага, — ответил Крото.

Карл заметил, что механик заменяет шипованные шины на обычную зимнюю резину.

— Он что, к гадалке сходил и та нагадала мягкую зиму? — удивился бывший помощник шерифа.

— Не-а. Сказал мне, не хочет громыхать по федеральному шоссе. А отсюда до Торонто других почти нет.