— Боже милостивый, — вздохнул сидевший за рулем повар.
— Хоть ты и трезвый, Стряпун, не думай, что ты хорошо водишь машину. Потому не мешай нам с Дэнни разговаривать, а сам следи за уличной сумятицей.
Ковбой мог бы той же ночью убить их всех, но Карл был труслив. Он решил не рисковать, пока Кетчум здесь. Бывший помощник шерифа не знал, что дробовик лежит не в гостевой комнате под кроватью, а в спальне Дэнни. Не догадывался Карл и о том, сколько Кетчум выпил. В эту ночь Ковбой мог бы вломиться в дом, и ни Кетчум, ни Дэнни не оторвали бы головы от подушки. Вместо обычных одного-двух бокалов красного вина писатель выпил четыре или пять. Правда, Дэнни проснулся среди ночи, подумав, что должен проверить, цел ли дробовик под кроватью. Он нагнулся, но не удержал равновесия и громко шмякнулся с кровати на пол. Однако ни повар, ни старый сплавщик не прибежали на шум.
После Рождества Кетчум никогда не задерживался в Торонто. Впоследствии он жалел, что не привез с собой Героя и (по какой-нибудь причине) не оставил пса в доме на Клуни-драйв. Будь там «замечательное животное», Карл ни за что не сумел бы влезть в дом и спрятаться в писательской комнате. Однако Герой находился у Пам Нормы Шесть и терроризировал ее собак (это выяснилось позже), а Кетчум рано утром уехал в Нью-Гэмпшир.
Дэнни проснулся раньше отца и обнаружил на кухонном столе записку Кетчума. К удивлению писателя, записка была аккуратно отпечатана на машинке. Значит, Кетчум поднялся на третий этаж, а Дэнни даже не услышал скрипа половиц у себя над головой и скрипа лестничных ступенек. Ни он, ни повар не проснулись от стука машинки. Кетчум вполне мог бы отругать их за потерю бдительности. Между тем в записке старого сплавщика об этом не было ни слова.
НАСМОТРЕЛСЯ НА ВАС, РЕБЯТА. ПОКА ХВАТИТ!
СОСКУЧИЛСЯ ПО СВОЕМУ ПСУ. ПОЕХАЛ К НЕМУ.
КОГДА ВЕРНУСЬ ДОМОЙ, БУДУ И ПО ВАМ СКУЧАТЬ!
ПООСТОРОЖНЕЙ С КРАСНЫМ ВИНОМ, ДЭННИ! КЕТЧУМ.
Карл обрадовался, увидев отъезжающий пикап Кетчума. Ковбой начинал нервничать. Понаблюдав за Люпитой (мексиканка несколько раз входила и выходила из дома), он успокоился. Она тщательно убрала в гостевой комнате. Значит, Кетчум уехал окончательно. Однако Карлу пришлось прождать еще целые сутки.
Вечером двадцать седьмого декабря повар с сыном ужинали дома. На мясном рынке Доминик купил замечательные колбаски со странным названием