Но Герой ей больше не верил. Медведь вел себя с ним честнее.

В 10:24 Федеральное агентство авиации объявило о перенаправлении всех трансатлантических рейсов, держащих курс на США, в аэропорты Канады.

— На вашем месте я бы не просирала время, а сделала бы это еще несколько месяцев назад. Вы что, всерьез поверили, что парни на тех двух самолетах сами были из Бостона?

Телевизор проигнорировал ее вопросы.

Через четыре минуты обрушилась северная башня Всемирного торгового центра. По мнению одного комментатора, «будто с длинной картофелины разом содрали кожуру и картофелина распалась».

— Если это не конец света, значит начало конца, — сказала Норма Шесть.

(Герой по-прежнему беспокойно озирался по сторонам, ожидая появления немецкой овчарки.)

В 10:54 Израиль объявил об эвакуации всех своих дипломатических миссий. Норма Шесть подумала, что этот факт надо записать. Кетчум всегда говорил: израильтяне — единственные, кто умеет держать нос по ветру и знает, что есть что. Закрытие их дипломатических миссий означало, что мусульманские экстремисты, эти воинствующие сторонники исламского фундаментализма, вознамерились стереть евреев с лица земли. Их «священная война» началась с уничтожения Америки, ибо без Штатов Израиль давным-давно прекратил бы свое существование. Америка — реальная опора для Израиля. Остальной демократический мир трусит. Они горазды лишь болтать, и то с оглядкой — как бы мусульмане им яйца не поотрывали. (Надо сказать, что политические взгляды Нормы Шесть во многом сложились под влиянием вольнодумных воззрений Кетчума. А Кетчум восхищался израильтянами, и, пожалуй, больше никаким другим народом.)

А может, Кетчум наполовину индеец и наполовину еврей? Этот вопрос возникал в голове Нормы Шесть всякий раз, когда Кетчум грозился уехать в Израиль.

— Я бы принес куда больше пользы, убивая вместо медведей и оленей этих придурков из Хамаса[143] и «Хезболлы»![144] — не раз говорил он.

После одиннадцати часов утра по телевидению выступил мэр Нью-Йорка Рудольф Джулиани[145]. Он призвал ньюйоркцев без надобности не покидать своих квартир, а также распорядился провести эвакуацию из зданий, расположенных к югу от Канал-стрит. Выступление нью-йоркского мэра не особо трогало Норму Шесть, которую начало злить долгое отсутствие Кетчума и его гостей. Ну сколько можно разбрасывать над Извилистой пепел Стряпуна? Впрочем, зная Кетчума, Пам догадывалась: одним этим дело не кончится. Кетчум, конечно же, потащит Дэнни показывать варварскую участь Парижа, который он упорно называл Западным Даммером. Либо по пути к Извилистой, либо на обратном пути Кетчум непременно затащит их на Лосиный пруд и начнет с восторгом рассказывать, как туда по ночам приходят лоси и трясут своими тощими задами. Это у них называется танцами.