Духовность мира есть смысл существования, в нем рождается человечность, правящая цивилизацией в творческих слезах и улыбках, но не в конфликтах и кризисах. Духовная свобода — залог мира и согласия бытия. Тогда по отношению к самому себе можно представить следующую картину: голос ветра скоро грубеет и начинает поднимать пыль веков. Снежинки одиночества, колкие и холодные с живым шуршанием секут окно нашей душной комнаты и неприятным холодным гостем влетают в квартиру. Однако все это входит в душу и фильтруется. Остается осадок, который нужно выразить миром и согласием. Это трудно, но это необходимо, ради жизни на Земле. Тогда никакие ухищрения злыдней в лице глобалистов или трансгуманистов с их нечеловечностью отлетят от души как щепки, а сам мир восторжествует в разуме бытия.

9.6. Красота из человечности

Красота действительно исходит из человечности, все шедевры человеческой цивилизации красивы. Но они одновременно человечны и миролюбивы, будь то мифы Древней Греции, "Откровения Иоанна", ария Мефистофеля, картины Тулуз-Лотрека или "Щелкунчик" Гофмана. Красота эта далеко не только результат некоего конвента, а следствие необходимого принятия и усвоения общечеловеческих канонов мира в ходе социализации сообщества. Да, красота требует мира, но и сам мир в свою очередь требует красоты. Хотя сама по себе красота не может дать миру никаких гарантий качества — одна она не может спасти мир, как это утверждали великие мира сего. Для этого должна быть диалектическая целостность красоты и некрасоты, хотя бы в лице распознавания последней как некрасивости и непотребности. Однако красота исходит из человечности, хотя бы для того чтобы сообщество начало задумываться о мире — через его красоту…

Красота, например, математической теории, — то же ансамбль образов явленного. Но он не направлен на процессное, он только соотносит явленное. Значит, к нему нужно добавлять физический смысл. Тогда появится связь процессного и явленного. Можно утверждать, что математическая теория не может быть общечеловеческой ценностью, как и, например, экономика. Хотя она тоже воодушевляет творца. Значит, он создает свой процесс, который в идеале должен приводить к общечеловеческим ценностям мира. Эти индивидуальные процессы неизбежно объединяются в творческую направленность (процессное). Это уже общечеловеческие ценности. Несомненно, что чем меньше в ансамбле явленного случайных элементов, тем он красивее.

Красота из человечности возникает как пассионарное стремление к миру и согласию. Психология личности подтверждает данный парадокс и объясняет его необходимостью существования объективной самости. Вместе с этим, случайные элементы неизбежны, но это субъективный диссонанс. Поскольку личность не может знать процессного, он неизбежен. Но поиск приводит к нужной направленности. Это дает интерес творчества, что очень важно для человечности и мира. Известно, что существует классическая триада: истина — добро — красота. Все ее составляющие входят в общечеловеческие ценности мира. Более того, общечеловеческие ценности воспринимаются красотой, отдаются добром, создаются истиной.