Почему же агрессия Сверх-Я по отношению к Я демонстрирует такую суровость? По мнению Фрейда, чрезмерная строгость Сверх-Я следует из обращения против себя агрессии, которую ребенок испытывает по отношению к родителям: «Отношения между Сверх-Я и Я воспроизводят в перевернутом виде отношения, действительно существовавшие когда-то между еще неразделенным Я и внешним объектом. И это очень типично. Существенная разница заключается, однако, в том, что первоначальная строгость Сверх-Я вовсе не настолько сурова, как та, что мы испытывали от объекта или приписывали ему, скорее это наша собственная агрессия, повернутая против Сверх-Я» (р. 87 [317]). Это объясняет, почему мы не наблюдем прямого соответствия между реальной строгостью родителей и строгостью Сверх-Я: «Опыт нам показывает, что суровость Сверх-Я ребенка не отражает того, насколько строго с ним обращались» – констатирует Фрейд, который здесь явно опирается на работы Мелани Кляйн и других английских авторов (р. 88, n. 1 [317]). Обе формы агрессии со стороны Сверх-Я соединяются и взаимно дополняют друг друга – страх наказания со стороны отца и детское желание отомстить ему. Кроме того, необходимо принимать в расчет филогенетический фактор, добавляет Фрейд, так как чувство вины усиливается ужасом, который отец первобытного племени внушал своим сыновьям, а также угрызениями совести, которые они испытали после убийства отца. Впоследствии конфликт первичной амбивалентности проявляется не только как конфликт между индивидом и цивилизацией, но и на индивидуальном уровне как чувство амбивалентности, испытываемое Я по отношению к Сверх-Я, выражение «вечного спора между любовью и желанием смерти» (p. 91 [320]).