Чтобы понять, почему женщины подчинились, надо учесть следующее: флёр Великого Охотника, величие Мужчины — это был грандиозный феномен. Вся развивающаяся культура начала вращаться вокруг него, мифы и ритуалы обволакивали Мужчину плотным облаком, и длилось это тысячелетия. Это была уже хорошо проработанная идеология, согласно которой Мужчина — единственный и непререкаемый авторитет. Идеология, пересаженная в голову человека, становится его психологией. Так случилось и с женщинами: они рождались и росли в этой культуре, впитывали её нормы и ценности, и не могли помыслить, что мир может быть устроен как-то иначе. Как говорили Маркс и Энгельс, мысли господствующего класса являются господствующими мыслями (1955, с. 45).

Мужчина был главным, Мужчина всё решал. Женщина должна была слушаться. Она верила в это и слушалась. Женщины подчинялись, потому что однажды так уже просто стало принято. Конечно, это не означает, что уход из родственной группы, где прожила с самого детства, в подчинение какому-то мужчине был для женщины простым делом. Это было тяжело. Всегда. Именно это и осталось зафиксированным в народных традициях известных как свадебный причет — исполнение невестой жалобных криков-песен о тяжёлой доле и нежелании расставаться с домом (о чём уже было в разделе "Восприятие брака никогда не было радужным"), и по наблюдениям этнографов, эти причитания были родственны с другими причитаниями — похоронными. Надо думать, параллели и атмосфера ритуалов были заданы неспроста: исторически девочки не очень хотели замуж.

Углубление в вопросы свадебного причета наводит на интересные мысли. Во-первых, распространённость "невестиного плача" поражает — этот феномен сопровождает свадьбы во многих частях света: не только на русском Севере (как многим привычно думать), но и в странах Средиземноморья, на Ближнем Востоке и в Африке. У некоторых бантуязычных народов традиция предписывает недельное рыдание невесты перед бракосочетанием, а когда же настаёт время уходить в дом жениха, она рыдает следующим текстом: "О, прощай родимый дом! Прощай навсегда! За что так жестоко поступили со мной отец и мать, братья и сестры! А ведь мне будет так одиноко! Муж станет бить меня, и никто мне не поможет!" (Асоян, 1987). Даже такой народ-изолят, как андаманцы, заселившие Андаманские острова Индийского океана 50–30 тысяч лет назад и начавшие контактировать с остальным миром лишь в XVIII веке, также имеют традицию свадебного причета (Маретина, 1995, с. 182), что может говорить о большой её древности, уходящей корнями ещё в Африку до расселения Человека. Особенно интересно, что у многих народов свадебный обряд представлен не только ритуализованным плачем невесты, но и её похищением, чему она активно сопротивляется (и при этом, конечно же, плачет). Так происходит и в Африке (Иорданский, 1982, с. 280), и у арабов на Синае (Геннеп, с. 116), и даже у ненцев Северного Ледовитого океана (с. 117). При этом подмечено, что от похищения невесту защищают не её родственники-мужчины, а подруги или родственницы (Иорданский, 1982, с. 280), то есть защитницы — это сугубо женская группа (Геннеп, с. 116). Невесту защищают женщины. У южно-индийских кхондов группа женщин, защищая невесту, даже вступает в вооружённые столкновения с друзьями жениха, используя камни и палки, так что эта "борьба это не просто игра: часто мужчины бывают серьезно ранены" (с. 118). Аналогичные традиции были записаны в середине XIX века у индейцев Амазонии (Берёзкин, 1987, с. 45). Мужчины же, родственники невесты, обычно оказываются в сговоре с женихом и, получив от него выкуп, либо просто безучастно взирают на похищение невесты, либо даже оказывают в этом пособничество. Учитывая эти нюансы, антропологи указывают, что распространённое мнение, будто подобные браки умыканием символизируют похищение невесты у семьи — ошибочно. В действительности картина скорее такая, что похищение происходит у всей женской группы, а не у конкретной семьи (Геннеп, с. 116). Это наблюдение напоминает и обряд алима у пигмеев Конго, когда половозрелых девушек запирают в большой хижине, на охрану которой выставляется отряд женщин с палками. В условленный час молодые парни предпринимают попытки прорваться в хижину (для секса), но встречают упорное сопротивление женщин-охранниц и часто оказываются побитыми (Патнем, 1961; Turnbull, 1957). То есть и здесь налицо противостояние коллектива женщин и коллектива мужчин, что может быть отображением каких-то драматических отношений между полами в древности.