Заиграла красивая музыка. Я представляла, как лежу на берегу океана, где-нибудь на Мальдивах или в Доминикане. Вокруг ни души. На мне яркий желтый купальник и шляпа с широкими полями, как у Джулии Робертс в «Красотке», в руке – бокал «Мохито». Я наяву прочувствовала, как наслаждаюсь этим моментом. И «пусть весь мир подождет»!

Открыв через сорок минут глаза, я ощущала прилив жизненных сил. Я не понимала, как это работает, но результаты определенно начинали меня радовать.

– Как себя чувствуете? – спросил Игорь Матвеевич после того, как я окончательно пришла в себя.

– Волшебно. Больше я не боялась и в этот раз смогла по-настоящему расслабиться.

– Чудесно. Что видели, когда играла музыка?

– О, это было как в сказке, – я засмеялась. – Я лежала на берегу океана. Помните, как в рекламе «Баунти»?

– Конечно помню. А какого океана?

– Не знаю точно, но думаю, где-то в районе Доминиканы.

– Это Карибы, – улыбнулся доктор. – Атлантический океан.

– Буду знать! Надеюсь, пригодится на будущее.

– Снимайте ободок и поднимайтесь. Легкость в теле, пустая голова?

– Да, я чувствую себя хорошо.

– Тогда домашнее задание: повторяйте эту практику. Вы уже хорошо входите в транс, поэтому следующую встречу мы посвятим вашим флешбэкам.

– Буду ждать, спасибо!

Мне не терпелось добраться до этого момента, потому что очень надеялась, что он прольет свет на мое подсознание.

* * *

Я часто виделась с Настей – после всего, что со мной случилось, мне сложно было представить свою жизнь без этого человека. Когда я познакомила новую подругу с Кирой и Вероникой, они обе пришли в восторг от жизнерадостности этой женщины и наотрез отказывались верить в то, что несколько недель назад у нее диагностировали клиническую депрессию.

Жизнь понемногу вошла в свое русло. Я посвящала много времени работе, ходила к психологу, регулярно ездила на бабушкину могилу и встречалась с друзьями. Но кое-что изменилось: теперь по воскресеньям я навещала детей в тульском детском доме.

Первый визит доставил чувство невероятного облегчения и вдохновил меня настолько, что я ни секунды не сомневалась в правильности своего выбора. Встречи с сиротами дарили мне радость и как будто заполняли образовавшуюся после смерти родного человека пустоту. Во время развлечений с ребятами я сама словно впадала в детство – так легко и непринужденно я себя чувствовала. Все заботы, неприятности и пережитые травмы оставались где-то далеко за стенами детдома. Здесь я чувствовала себя нужной и живой.

Психолог оказался абсолютно прав: это оказалось именно тем, что возвращало меня к жизни. Я стала более открытой и уравновешенной, исчезли агрессия и раздражение, возникавшие на пустом месте. Однако я решила остановиться только на этом детском доме: там мне уже было привычно, я успела привязаться к ребятам, и там меня ждал Степа, о котором я теперь думала ежедневно. Я понимала, что очень скучаю по этому человечку. Его добрые, горящие надеждой голубые глаза часто снились мне по ночам, а утром я просыпалась с мыслями о том, сколько дней осталось ждать выходных. И хотя я старалась не выделять Степу из толпы других ребятишек, но выходило это с трудом. Моя душа на интуитивном уровне тянулась к этому мальчику, и я не могла с этим бороться.