Что из этого всего вышло?

С утра до обеда, пока я свежий и отдохнувший, я проявляю гипертимную стратегию, но к обеду гипертимность спадает и переходит в тревожность. Причем, сколько я себя помню, так было с самого детства. Утром — гипертим, вечером — тревожный. Самый тревожный, когда начинаются сумерки, самый гипертим, когда появляются первые лучи солнца. Но в то же время я имею и постоянный психотип (унаследованный от мамы, который она получила от своего отца) — шизоидный эмотив. Получается, что с утра и до обеда я гипертимный шизоидный эмотив, а вечером я тревожный шизоидный эмотив. Надеюсь, здесь объяснил понятно.

Так вот, к чему я это все рассказываю? Десять лет назад я свою, если можно так сказать, психологическую деятельность начинал с проведения тренингов. Поначалу это был готовый материал, по которому надо было вести тренинг, а затем уже я сам начал составлять тренинги и семинары под заказ. Но в проведении тренинга или семинара есть две важных составляющих. Это сам материал и его подача. И если составление материала для шизоида задача не такая уж сложная, шизоид в принципе на это заточен, то вот подача материала не входит в область компетенций шизоидного радикала.

Для того чтобы держать интерес аудитории на протяжении хотя бы пары часов нужны гипертимная и истероидная стратегии. Полагаю, больше даже гипертимная, чем истероидная. И если с шизоидной стратегией у меня было все в норме, то вот с гипертимной вначале был полный провал. Но шаг за шагом, от тренинга к тренингу, развивая в себе гипертимный радикал (нет, не так — позволяя гипертимному радикалу проявляться), работая с аудиторией, при позитивном подкреплении от аудитории, гипертимный радикал закрепился в этой ситуации. Он у меня не проявляется на улице, в магазине, в общении со знакомыми и друзьями, но он включается, когда надо выступить перед незнакомыми людьми. Да ещё и как включается.

Теперь, когда я стою перед аудиторией, во мне включается такой кураж, который приходится даже сдерживать, все-таки это тренинг, а не концерт или стендап. Но хочется шутить, смеяться, веселиться, и меня вообще не парит, что обо мне подумают. Именно так проявляется гипертимность. Благодаря этому гипертимному радикалу меня выбрали из 20 психологов для ведения передачи на телевидении в прямом эфире.

Также гипертимность легко включается и на консультации, если это необходимо, чтобы можно было с этой гипертимной ресурсной стороны взглянуть на трудную ситуацию. Или разрядить обстановку между супругами на семейной консультации. На данный момент я продолжаю развивать свою гипертимность, перенося её и на другие области своей жизни.

Так к чему весь этот мой самопиар? К тому, что человек может развивать слабые или даже не свойственные его психотипу радикалы для использования их в тех контекстах, где это требуется. Где применение именно этой выигрышной стратегии ведет к максимально эффективному результату. И свою следующую книгу я как раз планирую написать о развитии радикалов.

Понятно, что дети с гипертимно-тревожным психотипом в зависимости от ситуации, или даже просто в зависимости от циклов работы их нервной системы, будут проявлять то тревожные, то гипертимные качества. Родители этого ребенка от одних своих знакомых будут слышать, какой у них активный и смелый ребенок, а от других — какой он стеснительный и робкий. Возможно, какую стратегию эти люди увидели при первом знакомстве с ребенком, та и закрепилась за ним в их глазах.

Вообще, с возрастом гипертимность имеет свойство снижаться, а тревожность увеличиваться. Поэтому часто бывает так, что ребенок в детском саду или в начальных классах проявляет больше гипертимных черт, а по мере взросления — больше тревожных. Или это может происходить и позже, в период пубертата или даже после окончания школы. Тогда часто можно услышать от родителей, если ребенок ещё подросток, что раньше он был таким активным, но что-то случилось и теперь он замкнулся. Или же от самого молодого человека, что в детстве он был очень активным ребенком, а потом непонятно почему эта активность куда-то ушла.

Конечно ушла, ведь гипертимность — это чаще всего то, от чего пытаются избавить ребенка или подростка все, начиная с родителей и заканчивая соседями и просто случайными попутчиками в транспорте или даже посторонними прохожими в развлекательных или торговых центрах. Ведь ясно, что никому, например, в трамвае или в кино не понравится бегающий и кричащий на весь трамвай или кинозал ребенок. А уж как учителя в школе стараются убрать эту активность, так это, думаю, всем хорошо известно.

Понятно, что на уроке для усвоения материала нужно сидеть за партой и слушать учителя, а не вертеться и разговаривать. Хотя почему именно сидеть, а не, например, встать, когда этого хочется или даже не походить по классу, слушая учителя или решая сложную контрольную? Я знаю, что у многих именно при ходьбе мозговая деятельность становится более активной. Например, так было у Ленина, Сталина и Солженицына.

Хорошо, пусть на уроке важно соблюдать тишину. А вот почему, например, детям нельзя бегать на перемене? Я как-то спросил одного педагога об этом и получил такой ответ: «Бегать нельзя, потому что они могут себя травмировать». Вот уж действительно. Во дворе можно, на улице можно, в торговых центрах можно, да вообще везде можно, а вот в специально созданном для детей учреждении нельзя. Хотя есть исключение, если ученик не успевает на урок, то тут уже наоборот, нельзя просто идти, обязательно побежать.

Объяснение этому простое. Эпилептоидная система обучения не терпит гипертимности.

В отношениях с противоположным полом у тревожного гипертима может включаться как тревожный, так и гипертимный радикалы.

Это будет зависеть от того, какую модель взаимоотношений ребенок наблюдал в детстве в своей семье. Выше я уже привел пример своего одноклассника, но бывают и обратные варианты. Молодой человек по отношению к жизни занимает, в основном, тревожную позицию, а во взаимоотношениях с девушками включается гипертимность. У девушек я такого не встречал (полагаю, это связано с половым воспитанием, так как гипертимность дочери в половых отношениях всегда будет пресекаться родителями, это точно), но, полагаю, такое явление тоже имеет место быть. Например, это может происходить у проституток. Часто у них тревожная позиция по жизни, но в отношениях с противоположным полом включается гипертимность. А как мы помним, для гипертимной стратегии секс — это как умыться. Или даже не повод для знакомства.

Бывает и так, что девушка или парень на стадии ухаживания использует или, лучше сказать, находится в гипертимной позиции, а после свадьбы или когда молодые начинают жить вместе, включается тревожная или чаще тревожно-паранойяльная стратегия. Или же тревожная стратегия может включаться при беременности или после рождения детей. Кстати, послеродовая депрессия — это как раз часто переход из гипертимной позиции перед родами в тревожную после.

В общем-то смены состояний высокой активности на низкую и обратно — вполне функциональны и необходимы. Организм человека, управляемый лимбической системой, отвечающей за подъем активности или её спад, исходит из понятий оптимальной пользы для себя (родного). И повышает активность, позволяя расходовать большее количество энергии, когда мозг (уж не знаю, что здесь лучше сказать, лимбическая система, эмоциональная часть или все это вместе) решает, что ситуация складывается так, что есть высокая вероятность получения ресурса для выживания и размножения. (Ну а если кому-то не нравятся такие слова как «выживание» и «размножение», можно заменить их на «клевую жизнь» и «улетный секс».) И понижает эту активность, когда чувствует, что расходовать энергию сейчас не стоит, так как в данный момент организму ничего путного не светит.

Вроде так и должно быть, но здесь есть одна серьезная проблема. А вернее, даже две проблемы.

Первая проблема — это то, что эмоциональная животная часть, отвечающая за эту активность, и мыслит на уровне животного, крайне редко принимая во внимание доводы рациональной человеческой части. Этот факт лежит в основе всего маркетинга, рекламы, пропаганды, да и всех зависимостей, начиная от игровой и любовной и заканчивая наркозависимостью и расстройством пищевого поведения. И вот ещё хороший пример — поведение людей на стеклянном мосту.

А вторая проблема — крайне неточные настройки этого механизма управления организмом, на которые влияет все что угодно. От того, любил ли вас папа в детстве, до погоды за окном, от международной обстановки в мире, до того, что вы ели на обед. Да, да, даже от настроения симбионтов, живущих в вашем кишечнике.

К примеру, если вас любили в детстве, да ещё и родители имели высокий статус, то скорее всего у вас сформировалось базовое доверие к миру. И все события, происходящие вокруг вас, вы будете рассматривать через эту призму. Причем, и там, где действительно безопасно и нужна активность, чтобы получить ресурс, и там, где лучше быть осторожнее, залечь на дно и не отсвечивать.

Или другой случай — влияние погоды. Вы знаете, например, почему праздник солидарности трудящихся, как он назывался раньше, отмечался именно первого мая? А потому, что это первые после зимы «шашлыки» на природе. Первое тепло, первая травка, первая зелень, и возможно яркое, почти летнее солнце. У огромного числа людей появляется активность для выезда на природу. А субботники почему проходят в конце апреля? Да по той же причине. Стало тепло и больше света, и у людей повысилась созидательная активность. И точно по этой же причине считается, что весна — это время любви — кровь бурлит, гены торжествуют. В общем, весной все становятся чуть больше гипертимами, а осенью — чуть больше тревожными. По крайней мере, это верно для умеренных широт северного полушария.