Кстати, коньяк оказался отменным, о чем я сразу и сообщил присутствующим.

— Хочу принести извинения за поведение своего сына, — сразу начал Голицын. — Надеюсь, вы не затаили обиду на наш род? Поверьте, я разберусь с Олегом. Кстати, чем у вас с ним закончилось?

И вот что я мог ему ответить? Я, вроде, уже дуэль назначил…Нет, сам разберусь. Поэтому я только кивнул, хотя, судя по всему, Голицына это явно не удовлетворило — по крайней мере, смотрел он на меня очень подозрительно.

— Как вам вообще вечер? — начал Трубецкой, покосившись на Голицына.

— Да все хорошо, — ответил я, — но, честно признаюсь, не привык я к этому.

— Ну, это понятно, — улыбнулся Трубецкой, — но я гляжу, вы познакомились с моими детьми?

— Да.

— Ну и как вам мои девочки?

— Можно только позавидовать, что у вас такие красавицы!

— Да, мне в этом явно повезло! — согласился со мной Трубецкой. — Но давайте, наверно, выпьем за нашу встречу и за то, что род Бельских все-таки возродился. И я думаю, мы сейчас стоим в самом начале его славного пути!

Мы чокнулись и пригубили светло-коричневый напиток. Да, коньяк действительно был обалденный!

И в следующий миг я вдруг почувствовал давление… словно что-то охватило мою голову и внезапно сжало. Я непонимающе посмотрел на сидевших напротив меня аристократов и увидел взгляд Голицына, который буквально сверлил меня. Что тут вообще происходит?! И тут я почувствовал, как у меня вновь поднимается какая-то странная волна обжигающего гнева, после чего почувствовал, как давление на меня уменьшается. А потом я просто выплеснул свой гнев… И замер. Голицын уставился на меня какими-то остекленевшими глазами. Трубецкой же с изумлением смотрел на него…

— Что происходит?! — вырвалось у меня, и в следующий миг Голицын пришел в себя. Взгляд, которым он посмотрел на меня, был каким-то испуганным. И тут до меня дошло: я вспомнил, что родовой дар Голицыных… они же менталисты… И вновь у меня в душе вспыхнул гнев…

— То есть вы решили меня проверить?! — Я возмущённо посмотрел на Трубецкого. Судя по всему, он был инициатором всего этого.

— Извините, Веромир, — смущенно произнес он, — это простая проверка…

— Господа, давайте договоримся так… — Я решил расставить все точки над «i». — Если вы еще хоть раз попробуете провести подобную «проверку», мы с вами больше не будем общаться. Я не буду терпеть подобное обращение со мной. И сейчас скажите, что мне помешает встать и покинуть ваш дом? — Я посмотрел на Трубецкого. — Что может меня остановить?

Мои собеседники переглянулись между собой.

— Месть, — ответил Трубецкой. — Вы же хотите отомстить?