— Не. Знаю.

— Он спит?

— Нет.

Подкравшись под «Покровом», я заглянул в щель. Свет внутри не горел, а ночь сегодня выдалась особенно тёмной. Лишь спустя минуту я различил движение внутри — кто-то возился у стола около дальней стены.

Либо хранитель предпочитал работать в полной темноте, либо сегодня в его кабинет вознамерилось попасть два непрошенных посетителя. И один немного опередил второго.

Я в очередной раз добрым словом помянул ГГК — грёбаную генерацию квестов.

Какие шансы на то, что внутри орудовал мой союзник, также пришедший на помощь Кассандре? Мягко говоря, никакие. Гораздо вероятнее, что это был кто-то из городских шпионов, вроде Дезмонда и его агентов, разнюхивающий что-то важное насчёт лечебницы. Нет времени ждать, пока он закончит — да и вдруг после его ухода башенка внезапно запылает, как один из столичных архивов? Если очень повезёт, мы договоримся друг другу не мешать.

Я толкнул дверь и вошёл внутрь, не используя «Покров». Ничто в моём облике не выдавало принадлежность к Ордену — и это само по себе должно было успокоить «коллегу»-нарушителя. Но прежде чем я успел сказать, что не хочу конфликта, тёмная фигура обернулась и уставилась на меня черепом вместо лица.

Это, конечно, тоже была маска — просто исключительно реалистичная и жуткая. При том, что мне довелось видеть настоящих оживших скелетов и было, с чем сравнить. Слова застряли у меня в горле на секунду, и тот, кто стоял напротив, решил не терять времени зря. В его руках словно из воздуха возникло некое древковое оружие, в котором я не сразу узнал небольшую косу. Сходство незнакомца с каноничным обликом Смерти достигло апогея.

А потом он молча бросился на меня, замахиваясь косой.

Со стороны эта битва, пожалуй, должна была смотреться весьма стильно. Две фигуры в чёрном — одна в птичьей маске «чумного доктора», другая в маске-черепе и с косой сражаются в башне на вершине сумасшедшего дома для магов. Правда, первые полминуты сражение протекало исключительно в одни ворота — незнакомец пытался дотянуться до меня косой, я уворачивался, пытаясь выгадать время для контратаки дубинкой и кинжалом. Время упорно не выгадывалось.

Из-за темноты в кабинете и суматохи боя я не мог толком рассмотреть табличку над головой противника — только уровень, двадцать пятый. Он размахивал косой, как бешеный, а та оказалась на удивление эффективным оружием для замкнутого помещения. Вскоре её жертвами пали стол и два стула, а также с десяток предметов поменьше, которые я беспорядочно швырял при удобном случае. Коса разрубала их молниеносно и почти беззвучно. В итоге, как ни смешно, погром кабинета хранителя шёл относительно тихо, а из всех заклинаний я применил лишь «Поступь», боясь дышать огнём, чтобы не сжечь карты. Раза три у меня выдавались свободные полсекунды — попытаться окликнуть человека в маске-черепе, но на мои приглушённые «Эй!» и «Стой!» он предпочитал не реагировать.