Ближе к костру, на полу, покрытом покерными фишками, лежал мягкий серый мех. Мышиный, решила я по его мягкости под моими босыми ногами. Заколку, которую я уронила за комод и не удосужилась достать, использовали для того, чтобы держать магнитный календарь от Верстраха. Почтовые марки на разной высоте украшали стены. На некоторых из них были рамки, сделанные из садовых материалов. Фотографии, решила я, увидев, что большинство из них были сделаны снаружи.

Я остановилась, добравшись до огромной сверкающей цифры восемь на стене. Вытянув руку, я коснулась нижней петли, и решила, что она сделана из рыбьей чешуи. Может быть, чешуя принадлежала золотой рыбке, которую Дженкс и его семья случайно съели. Восьмерка выглядела внушительно, вытянувшись вверх в почти четыре моих полных роста. Пока я смотрела, пятнышко света опустилось из скрытого верхнего окна и медленно скользнуло на чешую, заставив ту засверкать.

— Полдень, — сообщил Пирс из ямы с костром, и я посмотрела на свои одолженные часы, которые говорили, что сейчас 12:35, не полдень. Но потом я поняла, что это был не наш полдень, а настоящий полдень, когда солнце достигает своего пика. Цифра восемь была часами, показывающими сезоны, а не время. Это было то, в чем пикси должны были быть уверены, чтобы холод не застал их врасплох.

— Круто, — сказала я, затаив дыхание и проследив за лучом до маленького клочка солнечного света над нашими головами.

— Ты видишь дверь? — спросил Пирс, удовлетворенный состоянием костра и присоединившийся ко мне.

— Я думаю, они все там, — предположила я, указывая на открытые шахты высотой в два пикси над своей головой. Пирс вздохнул, и я оглянулась, чтобы найти что-нибудь, на что можно было бы встать. Вокруг лежали подушки и стулья в яме, чуть ниже, которые были бесполезны. Но между ними и весело полыхавшим теперь огнем стоял длинный стол, сделанный из палочек эскимо, покрашенных в красный цвет и связанных вместе, чтобы сделать поверхность длиннее. Может, мы могли бы приставить его к стене, как пандус.

Я уже хотела было предложить это, когда шаркающий звук привлек наше внимание вверх.

«Осы?», — испуганно подумала я.

— Дженкс? — позвал Пирс, и я напряглась, когда раздалось и исчезло резкое стрекотание крыльев.

— Кто там? Джакс, это ты? — невнятно произнес голос из высокого солнечного пятна. — Вовремя ты показался. Я должен рассказать тебе о разделе водных угодий с кланом по соседству.

— Это я, Дженкс! — позвала я, думая, что это было самой глупой вещью, которую я когда-либо говорила, но я испытывала такое облегчение, удостоверившись, что он жив, что мне было все равно.