— Да послушайте же! — не выдержал Гэбриэл. Он держался долго, когда прощался с дорогими людьми, когда готовился к смерти, но любому терпению приходит конец. Алма Рая вскинула глаза, также удивленная его проявившимися эмоциями. — Я обычный человек, и от меня не должны отскакивать мечи, как от гранитной стены! Я должен знать, что это было. Это ваши Боги?

Старейшина поджала губы, словно решая, говорить или нет, потом покачала головой:

— Наши Боги не вмешиваются в дела людей. Никогда. Не их это дело.

— Тогда что это было? — не сдавался Гэбриэл, все еще удерживая дверь.

Сзади послышались шаги сразу множества ног. Горцы очнулись от потрясения и торопились защитить свою старейшину.

Алма Рая тоже заметила их приближение. Она скривилась, будто съела что-то кислое, а потом отпустила дверь, приглашая его внутрь.

— Проходи, — сухо сказала женщина и махнула рукой своему племени: — Все хорошо.

Дверь захлопнулась.

Гэбриэл оказался в полутемной хижине, точной копии той, где он провел ночь, только меньше. Здесь не было никакой мебели, также только соломенные циновки по всему полу. Единственным отличием был маленький алтарь в углу с фигурками, видимо, изображающих Богов племени.

Алма Рая, не произнося ни слова, прошла вперед и села на пол посередине хижины, подобрав меха и скрестив ноги.

— Я должна принести свои извинения, — неожиданно сказала она. — Как я уже говорила, наши Боги относятся с уважением к любым видам магии, и мы никогда не причиним вреда никому, кто владеет ей. Моя вина, что я ничего не заметила.

Гэбриэл уже ровным счетом ничего не понимал. О чем она? Какой, к черту, из него волшебник?

— В нашей компании был только один маг, и он покинул это место вместе с остальными еще вчера, — сказал он. — А я не маг, если вы намекаете на это.

Алма Рая прищурилась, внимательно изучая его, смотря снизу вверх.

— Необязательно считать себя магом, чтобы быть им, — изрекла она.

— Да с чего вы взяли? — нервы были уже на пределе.

О чем толкует эта странная женщина? Гэбриэл видел многих волшебников, они отличались от обычных людей, всегда выделялись из толпы. А он... он это он, и никакой магии никогда не присутствовало в его жизни.

— Что ж, ты и правда не знаешь, — задумчиво произнесла старейшина.

— Так просветите, — его голос уже походил на шипение.

Алма Рая покачала головой, словно взвешивая свое решение, потом кивнула.