— Садись, — она указала морщинистой рукой на пол напротив себя. — Ты имеешь право знать, и я расскажу тебе, если ты этого хочешь.

— Хочу, — подтвердил Гэбриэл, опускаясь на пол, копируя ее позу.

— Ты слышал о материнских проклятиях? — спросила Алма Рая, сверля его взглядом.

— Конечно, — ответил он.

Материнское проклятие? Она хочет сказать, что его прокляла родная мать? Мать, которую он даже не помнил? Но кто же проклинает так, что от тебя отскакивают мечи?

— Есть оборотная сторона материнских проклятий, — продолжала старейшина, — материнское благословение. В таком виде, как у тебя, оно встречается крайне редко, поэтому я и не смогла разглядеть, а Боги не подсказали мне, думаю, это была их проверка... — Гэбриэл хотел возразить, но она подняла руку, предупреждая, что не нужно ее перебивать. — Такое может сотворить лишь женщина обладающая даром, у вас их называют ведьмами. Так вот, твоя мать была очень сильной ведьмой. И она умерла насильственной смертью, находясь в самом рассвете своих лет и сил. Именно такое сочетание требуется для подобного благословения. Твою мать убили, и ее сил вполне хватило бы, чтобы защититься, но она предпочла умереть, спасая тебя.

— Я... не понимаю, — прошептал Гэбриэл, голос предательски дрогнул. Он столько времени искал весточку о своей семье, а эта женщина, никогда не покидавшая Эрейских гор, говорит о его матери так, будто знала ее лично.

— Когда ведьма умирает не своей смертью, — объяснила старейшина, — ее дар высвобождается. Судя по тому, какой силы лежит на тебе магическая защита, твоя мать умирала медленно, за это время она успела собрать воедино всю свою силу и любовь к своему ребенку и направила ее на тебя, сделав тебя практически неуязвимым.

— Но меня много раз пытались убить, — не согласился Гэбриэл, — меня ранили десятки раз, и оружие об меня никогда не ломалось.

— Обычное оружие, — согласилась Алма Рая, — конечно, ты не бессмертен. Но в месте, насквозь пропитанном магией, как это, тебе никто не сможет причинить вред, потому как сила твоей матери гораздо мощнее. Но и в других местах эта защита действовала всю твою жизнь, просто ты ее не замечал. Люди часто принимают подобное за везение, — она уставилась на него своими угольно-черными глазами: — Скажи, сколько раз ты чудом избегал смерти?

Он никогда не считал...

Алма Рая правильно истолковала его взгляд и кивнула невысказанным вслух словам.

— Я должна была понять, еще когда увидела твой шрам, — казалось, ее глаза сейчас прожгут изуродованный бок насквозь. — Страшная рана, но ты остался жив. Скажи, как ты ее заполучил?