Происходящее не оставляло Веронике времени, чтобы тосковать по дому, отцу, Яго и Мышонку. И слишком мало времени, чтобы томиться по Валери.

Она переживала их ночь сотни раз. Она ощущала в себе появление новой магии, древней силы, о которой не подозревала. Сила дремала внутри нее, но пробудилась от поцелуев Валери, его горячего дыхания у ее щеки, его губ, ласкающих ее грудь, пальцев, трепетно сжимающих ее бедра…

Слезы хлынули из глаз Вероники при воспоминании об их последнем объятии. Все случилось так, как ей и представлялось. Девушка смотрела, как он уходил, и сердце ее болезненно трепетало, как будто Валери забрал его кусочек с собой.

В момент, когда их губы и руки отпустили друг друга, он положил ей на ладонь что-то круглое и холодное. Вероника сжала пальцы, и Валери поцеловал их перед тем, как уйти. Он не оглянулся.

Она закрыла дверь и долго стояла, упершись в нее лбом. И только потом решила взглянуть на то, что Валери оставил. Это было тонкое золотое кольцо с зеленоватым камнем, которое он носил на мизинце правой руки. Она на мгновение прижала его к сердцу, потом стиснула зубы и отправилась паковать вещи, чтобы уехать в Лондон.

В Лондоне Вероника, как и раньше, писала бодрые письма отцу и Филиппу, в которых рассказывала о веселом времяпрепровождении в обществе королевы и ее окружения, о преданных деятельности во имя победы принцессах, о храбрых жителях Лондона.

Реальное положение дел было иным. Лондонцы, конечно, были отважными, но им явно не хватало оптимизма. Принцесса Елизавета наслаждалась своей работой, а вот принцесса Маргарет жаловалась на военные ограничения и молила, чтобы ей позволили ходить за покупками, кататься на лошадях и устраивать вечеринки. Королева Елизавета улыбалась подданным и произносила перед ними речи, полные оптимизма, но, когда не была на виду у публики, позволяла себе трезво оценивать ситуацию.

Вероника не следила за датами в календаре, разве только за теми, что были связаны с военными действиями. Проснувшись в холодное, моросящее дождем мартовское утро, она подумала, что ее усталость является результатом ночных бдений, ведь и королева выглядела утомленной. Девушке было не по себе, и она, опасаясь заболеть гриппом, решила принять теплую ванну в надежде, что это принесет облегчение.

Лежа в ванне, она окинула себя взглядом и, хотя вода была теплой, почувствовала озноб. Потом села прямо, рассматривая свою изменившуюся фигуру. Не может быть, чтобы она поправилась! Нет, только не на таком питании, какое она получала в Лондоне. Ее руки до того исхудали, что она перестала носить платья без рукавов, а лодыжки были хрупкими, как у жеребенка. Но, вне всякого сомнения, вид ее тела настораживал. Ее живот едва заметно выпирал вперед, представляя собой милую, но все же предательскую выпуклость под ребрами.