Судя по всему, Алек и Магнус вернулись из поездки и обнаружили сообщения от Дианы с просьбой о помощи. Они немедленно прошли через портал в лондонский Институт. Услышав от Марка и Кристины о связующем заклятье, Магнус направился на местный Сумеречный базар, чтобы отыскать книгу заклинаний, которая, как он надеялся, могла бы снять колдовство.

Раф и Макс, оставшись в незнакомом доме всего с одним родителем, тут же заныли.

– Спи, – мрачно велел Алек Рафу, унося его в свободную комнату. – Adorno.

Кристина хихикнула.

– Это значит «украшай», – объяснила она, – а не «спи».

Алек вздохнул.

– Я еще только учу испанский. Это Магнус на нем говорит.

Кристина улыбнулась шмыгавшему носом Рафаэлю. Она всегда пела своим маленьким кузенам колыбельные на ночь, как ей самой пела ее мать; может, Рафу это понравится. «О, Рафаэлито, – сказала она ему, – о, крошка Рафаэль! Ya es hora de ir a dormir. ¿Te gustaría que te cante una canción?»[48] «¡Sí!»[49] – закивал Рафаэль.

Кристина учила Алека, пока тот укачивал Макса, а сама она сидела с Рафом, всем колыбельным, какие знала. Вскоре после того, как Магнус вернулся через портал, из библиотеки стали доноситься грохот и стук, и Алек умчался туда, но Кристина решила остаться на месте, если только ее не позовут, ведь пути колдунов и их очаровательных возлюбленных неисповедимы.

К тому же, хорошо было отвлечься от тревог на что-нибудь безопасное. Например, на ребенка. Кристина была уверена (почти уверена), что связующее заклятье можно разорвать. Но все равно беспокоилась: а что, если нет? Они с Марком вечно будут несчастны, соединенные нежеланной связью. И что тогда делать? Вдруг он захочет вернуться в страну фэйри? Ее, наверное, вместе с ним не пустят…

Еще ее грызли мысли о Диего. Она-то думала, что, вернувшись из страны фэйри, найдет от него весточку, но ничего подобного не произошло. Разве кто-то может дважды вот так исчезнуть из твоей жизни?

Она вздохнула и погладила Рафа по голове, продолжая тихо напевать: