– Ни одно зрелище, даже самое удивительное, не заставит меня в ближайшее время сесть в седло! – непреклонно заявила царевна. – Да и прогулка пешком по городу вряд ли доставит мне удовольствие, поэтому помолиться Великой Тривии мы с вами сможем и здесь, в дворцовом святилище, где стоит ее статуя. А вот Герике праздничная обстановка как раз поможет развеяться. Правда, Герика?

Девушка подняла слегка отрешенный взгляд на подругу и рассеянно кивнула.

– Тогда я подберу для госпожи мельи самое красивое шелковое платье и расшитое покрывало, достойное даже царицы, – обрадовалась Лара. – А госпожа потом расскажет нам, что интересного было на улицах. Калигар говорил, в прошлый раз приезжали танцовщицы со змеями и актеры, представлявшие битву непобедимого Аштура и Огненного быка из Бездны. Бык и правда был весь в огне: хорошо, что я не видела, а то завизжала бы от страха.

– Я видела их в Кадокии, – улыбнулась Солан. – Никакой это не бык, это двое мужчин, накинувших на себя бычью шкуру. И горели у него только рога, намазанные смолой.

Из полутемной комнаты на террасу торопливо вышла девушка-служанка. Щурясь от яркого света, она поклонилась жене наместника:

– Господин проснулся и хочет вас видеть.

Лара тут же отодвинула тарелку со сладостями и принялась спешно вытирать руки.

– Калигар всю ночь провел в хранилище свитков, – пожаловалась она. – Не знаю, что он там искал, но, надеюсь, оно того стоило.

Днем за Кромхартом снова послали: Искандер, как и обещал, намеревался продолжить не законченный вчера разговор. Северянину было любопытно, поэтому он охотно поднялся в личные покои царя, но, увидев входящих туда же царевну и мелью, недовольно нахмурился.

– Зачем здесь жрица? – проворчал он, не беспокоясь о том, что девушка может его услышать. – Ей-то какое до всего этого дело?

– Калигар просил за нее, – невозмутимо отозвался Искандер. – Сказал, что нам могут понадобиться ее знания.

Рагнар раздраженно хмыкнул, но вслух больше ничего не сказал. Хорошо, что мелью не посадили ни рядом с ним, ни напротив – плетеные стулья для девушек царь велел поставить поближе к себе. Ясное дело, чтобы незаметно пялиться на царевну, пока та, открыв рот, будет слушать умные речи Калигара.

Наместник принес из хранилища несколько манускриптов, два или три из которых были настолько старыми, что от них при попытке развернуть или разгладить отваливались куски. А один вообще переломился пополам, и Калигар, покраснев от смущения, застыл с двумя половинками в руках, не зная, что делать дальше.

– Позвольте мне, наместник, – мягко улыбнулась Герика, осторожно забирая у него рукопись. – Такие древние свитки обязательно должны быть переписаны. Это ведь баасийский язык? – Она бегло просмотрела содержимое. – Кажется, да. Думаю, вам следует обратиться за этим в местный храм Тривии.