– Рагнар… – умоляюще шепнула она. – Подожди.

Девушка выскользнула из его объятий, пошатываясь, шагнула к ложу и опустилась на него, не отрывая взгляда от своего возлюбленного. А потом легла на спину, согнула ноги в коленях и медленно развела их в стороны:

– Возьми меня…

Рагнар, ради жены старавшийся не торопиться и быть терпеливым, почувствовал, что больше не может сдерживаться. Из последних сил он заставил себя немного успокоиться, сделал глубокий вдох… а потом медленно опустился сверху, огладил красивое, упругое, готовое его принять тело. Но как только его ладони коснулись разгоряченной груди девушки и сжали ее, от сдержанности не осталось и следа. Не в силах совладать со своими желаниями, он жадно обхватил губами полураскрытые губы Герики и в тот же миг даже не вошел – ворвался в нее, сметая на пути все преграды. И хотя девушка отчаянно желала этого, в первый момент резкая боль отрезвила ее, заставила сопротивляться, пытаться вырваться… но Рагнар крепко держал ее, придавив своим телом. Ее слабое сопротивление только распаляло его, и он двигался все быстрее и яростнее. Боль расплывалась в сознании девушки темным пульсирующим пятном, но постепенно стала превращаться в нечто совсем иное, словно с каждым толчком Герика приближалась к краю бездонной пропасти, в которую боялась и стремилась упасть… Сам того не осознавая, она начала устремляться навстречу мужу, и вскоре они оба перестали ощущать себя людьми из плоти и крови, как если бы превратились в две волны, стремительно летящие друг на друга: вот они схлестнулись, разлетелись мириадами разноцветных брызг наслаждения, стали единым целым… и разошлись, чтобы схлестнуться снова. Она слышала его стоны и свои собственные вскрики, ощущала, как внутри нее все сильнее разгорается теплое, щекочущее пламя… оно заполняет все, даже сознание… и в какой-то миг она вся стала этим пламенем… дыхание остановилось, и черная зияющая пропасть поглотила ее. Герике показалось, что она умерла… но вот ласковый поцелуй коснулся ее губ, и она возвратилась к жизни.

Девушка медленно открыла глаза, чувствуя, как сильно бьется ее сердце, как капли пота все еще стекают по телу, взглянула на мужа, коснулась его лица… и вдруг расплакалась. Но ее слезы не напугали Рагнара: он видел, что Герика улыбается.

– Так странно, – прошептала она, – и восхитительно… Это только из-за вашего зелья?

– Ну, не совсем, – усмехнулся он, откидывая назад упавшие на лицо волосы. – Потом с каждым разом будет все лучше, и уже никакие травы тебе не понадобятся.

Их ложе любви напоминало остров после бури – подушки слетели на пол, простыня была скомкана и перепачкана кровью. Рагнар приподнялся на локте, огляделся и удовлетворенно вздохнул: