Ты не перестаешь удивлять меня, Рагнар Кромхарт. И это само по себе удивительно.

В комнату постучали. Герика не ответила, надеясь немного отлежаться в одиночестве, но стук повторился, а потом дверь распахнулась и внутрь буквально ворвалась Лара.

– Госпожа! – воскликнула она, задыхаясь после быстрого бега. – Скорее! Они уже здесь! Они знают!

Забыв о боли, Герика вскочила с постели и закуталась в покрывало.

– Где мой муж? – спросила она.

– Не знаю, госпожа. Утром его видели в схолосе, где ему меняли повязку.

– Найдите Рагнара, – распорядилась мелья. – Предупредите о том, что приехал отец. Позовите служанок, пусть приготовят мне красивое платье.

И, подхватив сандалии с пола, босиком побежала в купальню.

– Она никому не сказала, – потерянно шептал Искандер. – Никто из нас об этом не знал… Но почему?!

– В храме я была единственной, кто знал о происхождении Герики, – проговорила атемис Сефира, – и хранила эту тайну по личной просьбе государя Синтара в целях безопасности и ради самой девушки, которой не нужны были лишние поблажки и пересуды. Незадолго до вашего приезда в храм, Искандер, царь Эолай в письме сообщил мне о намерении заключить прочный союз с Танарией через брак; я предположила, что вы явились за невестой, и чуть не проговорилась Герике…

– Тебя я выслушаю потом, – сердито перебил Верховную жрицу Эолай и вновь перевел взгляд на Искандера. Танариец был растерян и подавлен, а это означало, что он не лгал: по какой-то причине Герика утаила от всех правду о своем положении, более того – предпочла самостоятельно выбрать себе мужа, забыв при этом, что распоряжается не только своей дальнейшей судьбой, но и судьбой целого государства. Даже двух государств! – Сперва я хочу увидеть дочь.

– За ней сейчас же пошлют, – заверил его Калигар. И, подозвав слугу, приказал: – Принесите кресла. И попросите всех посторонних выйти: правителям нужно поговорить наедине.

Зал быстро опустел: воинов, гостей, сопровождающих и любопытную прислугу выпроводили в соседние помещения и на террасу. Царица Тамирис совершенно без сил опустилась в кресло, мужчины остались стоять. Сефира, мрачная и напряженная, ходила за их спинами туда-сюда, как дикая кошка в клетке.

– Если это было решение Герики, то у меня нет причин расторгать военный союз с Танарией, – наконец тяжело выговорил государь Эолай, – хотя мне и жаль, что трон Синтара унаследует другой человек. Боги не даровали мне сына, но однажды, в ответ на мои молитвы, Великая Тривия послала Тамирис видение: сына, наследника и хранителя наших земель мы обретем благодаря дочери, и я надеялся, что это будешь ты, Искандер.