Рыжая и блондин целуются страстно и упоённо, не замечая ничего вокруг. Он так прижимает её к себе, что пышный бюст поднимается аж до шеи.

Упасть на кровать продвигающимся к ней Нике и Валариону не даёт покашливание Санаду: от неожиданности они падают на пол.

Глава 42

Глава 42

– Это я удачно зашёл! – Санаду хлопает ладонью по колену. – Валарион, спасибо за доставку нашей дорогой Никалаэды, можешь идти… Или тебе сначала помочь выбраться? Ты там не задохнёшься? Пора оказывать первую помощь?

Лицо Валариона лежит в ложбинке между необъятными грудями, руки безвольно раскинуты в стороны, только нога чуть подёргивается. Ника приподнимает голову от пола и осторожно трогает белокурую макушку. На прикосновение Валарион не реагирует.

– Да он вроде мягко приземлился, – с моего места видно, что пациент дышит. Поверхностно и часто, но грудная клетка вздымается. И кончики ушей красные. – Я бы больше беспокоилась о Нике.

Санаду берётся за чашку:

– Да Никалаэдой можно стены пробивать!

– Не надо, – просит Ника так жалобно, словно Санаду может кинуться немедленно доказывать это утверждение делом.

– Тогда вопрос, – поднимаю палец. – Если Никой стены пробиваются, может, приземление на неё было вовсе не мягким?

– Валарио-о-он, – обманчиво нежно зовёт Санаду. – У нас возник практический вопрос: тебе мягко или нет?

– Да, ответь, пожалуйста, – поддерживаю я. – Подай хоть какой-нибудь признак нахождения в сознании, иначе примем меры по твоему спасению.

– Причём меры выберем сами.

– И если они тебе не понравятся – мы не виноваты.

– Мы же дали тебе шанс их предотвратить! – Санаду тоже вскидывает руку. – Цени доброту!

Валарион издаёт нечто среднее между вздохом и стоном. Дёргает рукой.