Проворно работая иглой, Ирида улыбалась своим мыслям. Кто был ей этот незнакомый молодой мужчина? Муж по обряду! Но сердцем чувствовала к нему лишь сестринскую заботу. Любовь к брату ей довелось испытать в этой жизни, она знала, что это такое. Но любовь к мужу? К мужчине, который обладает тобой как своей женщиной, своей женой? Нет, такого она так и не узнала. Не Кэйдара же ей любить, в конце концов?

А он, как всегда, появился неожиданно, стоило только вспомнить, — лёгок на помине! Спросил ещё с порога, шёпотом:

— Спит, да?

Ирида в ответ кивнула, опустила руки испуганно, комкая мягкую дорогую шерсть, попыталась спрятать рубашку за спиной, но Кэйдар снова спросил, подходя ближе:

— Ты что делаешь? Шьёшь? Ему шьёшь, да? Покажи!

— Нет, это не для Тирона! Это так, просто…

Он ловко перехватил её руку, потянул на себя:

— Ну, покажи! Я не буду ругаться…

Ирида толкнулась — красный и чёрный колобки раскатились с её колен.

Он и точно смотрел с любопытством, улыбался даже, а в глазах — лукавый огонёк. Он был настроен поиграть, зато Ирида, зная о последствиях, отталкивалась упорно, изо всех сил.

— Ты ещё и шить умеешь, да? — Негромко рассмеялся Кэйдар, удивлённо поводя подбородком. — Вот уж не подумал бы…

— Почему? — Отодвинувшись к самому изголовью, Ирида прижимала рубашку к груди обеими руками.

— Ну ты же у нас царевна! — Кэйдар стоял над ней с руками у пояса. — Вон, Айна, моя сестра…

— Иглу в руках держать — это разве трудно? — Ирида рассмеялась глухо, прикрывая рот рукой. Вспомнила свою вышивку. Хатха-нянька её этому учила. Вот такое, точно, не каждая умеет. А если бы ещё золотой нитью, драгоценным камнем, речным жемчугом или золотыми бляшками? — Вот это — это посложнее будет! — Сама развернула перед ним свою работу. Ну, смотри теперь! И будь что будет!

— Хм! — Кэйдар оценивающе рассмотрел рубашку, задержал взгляд на вышивке. Витиеватое переплетение чёрных и красных линий в виде степных трав само просилось в глаза. — Это кому?

— Марагу, — просто ответила Ирида, глядя на Кэйдара снизу. Глаз с его лица не сводила, добавив:- Айвару…

Кэйдар бешенно глаза сузил, качнулся с пяток на носки. Сдержался, усилием воли сдержался.

— Ты любишь его?

— Я никого не люблю! — отрезала Ирида, торопливо скамкивая рубашку.

— Совсем никого? — Кэйдар яростно сверкнул чёрными глазами. Глубокие зрачки буквально сверлили.