— Выбирают дорогу, — пояснил Лидас.

— Ладно, это понятно, — Кэйдар кивнул нетерпеливо, — но почему ты позволяешь ему так свободно ездить туда-сюда? Он у тебя там, а ты — тут! Рядом никого — один Виманий… А если он попробует сбежать? Ты же ничего не успеешь сделать… Лидас, ты, как всегда, такой беспечный!

— А куда он денется? — Лидас не понял, отчего вдруг так разозлился Кэйдар. Он не видел в этом ничего плохого. Мараг держался почтительно, был послушен, и, по всей видимости, не собирался никуда бежать. Да и куда здесь бежать? Справа горы, высокие, но слева ещё выше, их вершины совсем не различить, все в низких снеговых тучах спрятаны. Стеной стоят, оставляя довольно узкий коридор, наполненный снегом настолько, что низкорослая лошадка марага тонула в нём почти до колен. Куда он сбежит по такому снегу? Его догонят в минуту!

— Когда он дёрнет, оставив нас одних, будет поздно принимать меры, — Кэйдар продолжал высказывать свои претензии, видя, что Лидас не воспринимает серьёзно его слова. — У него хоть руки связаны?

— Да. Ты же сам сказал держать его так.

Виманий развернул своего серого в яблоках мерина, подъехал к ним обоим.

— Мы будем пока двигаться вперёд, господин Наследник, мараг говорит, у этих скал есть проход…

— Эй, а ты давай, двигай сюда! Пошевеливайся! — крикнул Кэйдар, и варвар послушно затрусил назад. Остановил кобылу в шаге от своего господина. Ни словом, ни поклоном не поприветствовал.

Кэйдар взглядом его смерил, раздражённым и возмущённым одновременно.

— Разгуливаешь, где хочется, без всяких забот! — Вырвал поводья из рук марага, кинул их Лидасу с приказом:- Привяжи к своему! И чтоб он всегда был рядом! На твоих глазах!

Виманий и Лидас переглянулись, проводив Кэйдара глазами. Айвар же понимающе усмехнулся, ни никто из них не заметил этой усмешки.

_______________

Для ночлега выбрали небольшую ложбинку между скал, с виду показавшуюся менее заснеженной.

Айвар сидел на корточках, привалившись спиной к камню, в плащ закутался как можно плотнее, набросил на голову капюшон. Со своего места смотрел, как аэлы готовятся к ночи: разводили костры, вырубали редкий кустарник и небольшие корявые деревца, расчищали снег, связывали между собой лошадей, укрывали их попонами, развязывали тюки с сеном и с едой. Со смехом, с шутками, без суеты и спешки. Все знали друг друга, работали слаженно.

Глядя на них, Айвар всё острее чувствовал своё одиночество. С ним никто не разговаривал, к нему никто не подходил. Вообще-то, он и сам не напрашивался в компанию. Это были враги, и по-другому он не мог к ним относиться. Их он и собирался бросить в горах с самого начала. Сейчас, когда Лил остался на корабле, можно было рискнуть. Но Кэйдар теперь осторожничал, глаз буквально не сводил. Держался весь день поблизости. Стоит только вспомнить тот случай с поводьями.